— Не знаю, — сказал он честно. — Наверное, тем, кем нужно.
— А кем нужно?
— Тем, кто поможет людям жить дальше. Учить, строить, лечить — не важно. Лишь бы не воевать.
— Это хорошо, — сказала она. — Мне кажется, у вас получится.
— Почему?
— Потому что вы умеете учить. И умеете слушать. Это редкое сочетание.
Скиф усмехнулся. За эти месяцы он привык, что Соловьёва говорит то, что думает. И это было ценно.
— Ладно, младший сержант. Идите спать. Завтра трудный день.
— Есть. Спокойной ночи.
Он вышел из аппаратной. Над аэродромом висела тишина — только ветер свистел в проводах да где-то далеко, на западе, ухали разрывы. Где-то там, за Волгой, горел Сталинград. А здесь, на левом берегу, полк готовился к новому дню.
--
Вылет назначили на рассвете, но погода внесла свои коррективы: над Волгой поднялся туман, густой, как молоко, и видимость упала почти до нуля. Командование перенесло вылет на два часа позже.
Скиф использовал это время, чтобы ещё раз пройтись по машинам. Соколов, как всегда, возился с движком — теперь он налаживал карбюратор на одном из «Яков», который вчера глох на малых оборотах.
— Ну что там? — спросил Скиф.
— Да всё то же. Пыль. Она здесь везде. В движках, в карбюраторах, в лёгких. Ты её чистишь, а она снова лезет. Ничего, приноровимся.
— Долго ещё?
— К вылету будет готов. Не в первый раз.
Скиф кивнул и пошёл дальше. У соседнего капонира Нестеров и Свиридов проверяли боекомплект — оружейники набивали ленты патронами. Нестеров, увидев командира, вытянулся:
— Товарищ майор, разрешите вопрос?
— Разрешаю.
— Говорят, под Сталинградом скоро всё решится. Это правда?
— Кто говорит?
— Да все. Связисты, тыловики. Будто бы готовится большое наступление.
Скиф помолчал. Он знал, что наступление действительно готовится — операция «Уран», которая начнётся девятнадцатого ноября и переломит ход войны. Но здесь, в начале ноября, это была пока тайна. И он не имел права её раскрывать.
— Будет наступление, — сказал он. — Когда — не знаю. Но будет. А наша задача — сделать так, чтобы к тому моменту у немцев было как можно меньше самолётов.
— Понял, — кивнул Нестеров.
— Тогда готовьтесь. Вылет через час.
--
Туман рассеялся, и полк поднялся в воздух.
Двадцать пять «Яков» и десять «Илов» — потери последних дней сократили число исправных машин — взяли курс на Мамаев курган. Под крылом проплывали руины Сталинграда: разбитые дома, обгорелые остовы заводов, изрытая воронками земля. Город, ещё год назад бывший мирным, теперь напоминал лунный пейзаж.
В наушниках раздался голос Соловьёвой:
— Седьмой, я — База. Вижу цель. Артиллерийские позиции на северном склоне кургана. Прикрытие — зенитки и «мессеры».