Но тут сверху посыпались «мессеры».
Их было много — Скиф насчитал двенадцать машин, два полных звена и ещё одна пара. Они заходили грамотно: одна четвёрка связывала боем истребители, вторая отсекала от бомбардировщиков, третья контролировала пространство.
Скиф заложил глубокий вираж, уходя от трассеров. Краем глаза заметил: Логинов отбивается от пары «мессеров», Самохин прикрывает его. Воронов дерётся с другой парой. Рыжиков и Орлов насели на третью, не давая немцам зайти в хвост основной группе. А где Лапин?
Он нашёл его взглядом через секунду. Девятый «Ишачок» метался в стороне, пытаясь уйти от двух «мессеров», зажавших его с двух сторон. Лапин вёл машину неуверенно, рывками — видно было, что паникует. Дистанция сокращалась.
— Лапин! — заорал Скиф в пустоту, хотя знал, что тот не слышит.
Он развернул машину и пошёл наперерез.
Два «мессера» уже заходили на добивание. Скиф ударил по ведущему — очередь прошила фюзеляж, немец задымил и отвернул. Второй, не ожидавший атаки с фланга, тоже вышел из боя. Лапин был спасён.
Но в этот момент Скиф увидел, как загорелся «Ишачок» Потапова.
Рыжий, конопатый младший лейтенант, который ещё утром нервничал, а теперь дрался в своём первом бою, — его машина вспыхнула, объятая пламенем. Парашюта не было. Только чёрный дым, тянущийся к земле.
— Потапов! — крикнул кто-то. Кажется, Орлов.
Но отвечать было некому.
Скиф стиснул зубы. Пятый. Пятый пилот, потерянный за эти дни. А бой ещё не кончился.
— Уходим! — он выпустил зелёную ракету. — Всем отход!
Группа начала выходить из боя. «Юнкерсы», потеряв строй и несколько машин, разворачивались на запад — бомбометание было сорвано. «Мессеры» ещё кружили, но их время истекало: горючего у них оставалось не больше, чем у советских истребителей. Они тоже начали оттягиваться.
Скиф собрал группу. Восемь машин из девяти. Семь держались в строю. Восьмая — «Ишачок» Лапина — шла с перебоями, мотор чихал, но тянул.
До Карпова дотянули все.
--
На земле Скиф выбрался из кабины и сел прямо на траву. Руки дрожали. Перед глазами всё ещё стоял горящий «Ишачок» Потапова.
Подошёл Соколов. Протянул кружку.
— Потапов? — спросил он.
— Нету.
Соколов кивнул. Помолчал. Потом сказал:
— Лапин-то живой. Я видел, как вы его вытащили.
— Живой, — подтвердил Скиф. — Но если бы не я — тоже был бы там.
— Зато теперь он знает, что такое война. Может, в следующий раз сам кого-то вытащит.
— Может.
Подошли остальные пилоты. Логинов, Самохин, Воронов, Кравченко, Гасанов, Рыжиков, Орлов. И Лапин — последним. Он шёл медленно, глядя в землю.
Остановился перед Скифом.