– Унди, взгляни-ка – там мистер Марвелл! – взялась за старое Мэйбл и вновь принялась слишком энергично махать рукой.
На сей раз Ундина покраснела до корней волос: в ложе напротив появилась миссис Питер Ван Деген, а за ней – Ральф Марвелл. Эти двое были в ложе одни – вне всякого сомнения, они провели наедине друг с другом весь вечер! – и Ундина незаметно повернулась, желая проверить, разделяет ли ее неодобрение мистер Ван Деген. Но мистер Ван Деген исчез. Наклонившись вперед, Ундина обеспокоенно коснулась руки Мэйбл.
– В чем дело, Ундина? Разве ты не видишь мистера Марвелла? Это он со своей сестрой?
– Нет… Я бы не стала так размахивать руками, – стиснув зубы, прошептала Ундина.
– Почему? Разве ты не хочешь, чтобы он тебя увидел?
– Да, но больше никто никому не машет…
Мэйбл беззаботно огляделась.
– Может, все остальные уже увидели друг друга. Хочешь, пошлю к нему Гарри? – выкрикнула она поверх воя духовых инструментов.
–Нет! – выдохнула Ундина.
Поднялся занавес.
Она больше не могла следить за происходившим на сцене. Ее вниманием завладели два человека: Ральф Марвелл – тихий, недостижимый, далекий, и Мэйбл Липском – близкая, несдержанная, шумная.
Ундине стало ясно, что Мэйбл Липском смешна. Вот почему Поппл не зашел в ложу. Никому не хотелось бы у всех на виду говорить с ней, пока рядом Мэйбл – монументальная, застывшая вопреки легкой, переменчивой моде Мэйбл, резкая и открытая на фоне всех этих мягких, говоривших намеками людей. В «Стенториане» она была сердцем своей группы – здесь же показала, что ничего не знает и никто не знает ее. Да ведь ей было невдомек даже, что миссис Питер Ван Деген – не сестра Ральфа Марвелла! И то, как ярко она демонстрировала свое невежество, никак не вязалось с более утонченными методами Ундины, которая именно в этот момент мысленно сформировала один из главных принципов своего будущего поведения:«Лучше наблюдать, нежели задавать вопросы» .
Вновь опустился занавес, и взгляд Ундины метнулся обратно к ложе Ван Дегенов. Туда зашли несколько мужчин, и секунду спустя она увидела, как Ральф Марвелл поднялся с места и вышел. Едва ли отдавая себе в этом отчет, она устроилась так, чтобы следить за дверью собственной ложи. Но ручка так и не повернулась, а Гарри Липском, откинувшись на спинку дивана и положив голову на оперные плащи, по-прежнему шумно дышал ртом и вытянул ноги еще дальше.
Антракт почти закончился, и тут открылась дверь. Два джентльмена споткнулись о ноги мистера Липскома. Впереди шел Клод Уолсингэм Поппл, а за плечом его сиял лягушачий лик Питера Ван Дегена. Мистер Поппл кратко, шепотом представил спутника обеим дамам, и мистер Ван Деген тут же занял место подле Ундины, оставив художника миссис Липском.