— Вы уверены, что хотите отдать её мне? — спрашиваю я, не касаясь украшения.
Астрид садится напротив и теребит голубую ленту в кармане.
— Мы не отдаём память о ней. Цепочка всё равно останется в семье. Просто носить её будете вы, если захотите.
Она смотрит на сестру, и Ливи кивает, разрешая продолжить.
— Она была нашей мамой. А ты стала ею сама.
Я разглаживаю бархат внутри футляра, прежде чем ответить.
Я закрываю футляр не до конца.
— Я никогда не хотела занимать её место.
Астрид отвечает без подготовки, будто давно ждала этих слов:
— Мы знаем. Поэтому у вас своё.
Ливи подходит ближе. После возвращения памяти она несколько раз начинала произносить нужное слово и останавливалась. Я ни разу не спрашивала почему.
Сейчас она берёт мою ладонь и кладёт на неё снежинку.
— Можно я буду называть вас мамой? Иногда сначала. Пока привыкну.
Я сжимаю украшение, чтобы не потянуть девочку к себе раньше разрешения.
— Можно. И можно передумать в любой день.
Ливи обнимает меня сама.
— Тогда сегодня не передумаю, мама.
Астрид придвигается следом, но сначала спрашивает, есть ли место. Я раскрываю руку, и она прижимается к нам с другой стороны. Тарен отворачивается к саду, оставляя этот момент девочкам.
Когда они уходят к Мирре, цепочка остаётся у меня на ладони. Тарен закрывает коробку с кольцом.
— Я не жду ответа сегодня.
Я накрываю крышку рукой.
— А я не хочу откладывать только потому, что раньше за меня решали другие.
Тарен смотрит на меня. В его лице появляется надежда, но он ничего не говорит за меня.
— Я согласна на новый брак, — произношу я. — Дом остаётся независимым. Девочки сохраняют право выбирать, где жить. Прежние роли закончены. Один больше не приказывает другому приспосабливаться.
Тарен отвечает сразу, потом замедляется:
— Согласен. И если я снова начну решать за всех, ты скажешь мне об этом до того, как соберёшь вещи?
Я провожу большим пальцем по краю коробки.
— Скажу. Один раз спокойно. Второй будет громче.
Тарен впервые не прячет улыбку.
Он берёт кольцо, но не надевает.
— Можно?
Я протягиваю руку.
Серебро согревается на пальце без родовой магии. Тарен произносит новую клятву:
— Я буду спрашивать. Буду слушать ответ. И останусь отцом даже тогда, когда дочери со мной не согласны.
Я застёгиваю на шее цепочку Лианны.
— Я сохраню её память рядом с нашей жизнью. И не позволю прошлому решать за нас.
Тарен касается моей щеки только после вопроса. Я разрешаю. Его поцелуй начинается осторожно, но я сама сокращаю оставшееся расстояние.
Из-за изгороди доносится шёпот Ливи:
— Они уже согласились?
Астрид тянет сестру прочь.