Солн вздохнул. Потом прикрыл глаза и с наслаждением втянул воздух.
— Даже дышать легче, — прошептал он, и я невольно улыбнулась.
— Я очень рада… Просто безумно счастлива за вас!
Солн кивнул, но тут же нахмурился и снова вернулся к разговору.
— Официально она нарушает закон, но… Во-первых, глава говорит правду: если Катрин не участвовала в жизни села, никто не станет ее слушать. А во-вторых… даже если действовать в рамках закона, например, подать в суд или даже написать королю, Елена может подтвердить, что вкладывала свои средства в земли, пока Катрин отсутствовала. Тогда земли отойдут ей. Конечно, будут суды, шанс есть, но… мы не знаем, что еще подписывала Катрин.
Я прикусила губу.
— Но ведь земли формально не Катрин. Они… они же детей. Катрин — лишь опекун.
Солн хмыкнул, и в его глазах мелькнула одобрительная искра.
— Это здравая мысль, — сказал он задумчиво. Я даже воспряла духом от этих слов, а следующие меня и вовсе обрадовали: — Формально Катрин действительно всего лишь опекун. Она имеет право на наследство, но… в равных с ними долях. То есть всего на одну треть. Учитывая, сколько она уже продала, я думаю, что можно было бы доказать, что земли должны принадлежать полностью детям. И если Елена попытается отнять земли, мы можем ссылаться не на Катрин как на бросившую угодья хозяйку, а на детей. Они — хозяева, даже если пока не могут вести дела. Даже в самом плохом случае, если часть земель все же признают землями Катрин и одна треть уйдет Елене, две трети все равно должны остаться детям. Вот только…
— Что? — испуганно спросила я. Солн задумался.
— Им нужен будет другой опекун. Если сменить опекуна, долги Катрин останутся при ней, и она будет полностью отделена от детей.
Я застыла… Это ведь… гениально! Вот оно, решение всех проблем!
— Если вдруг не получится с жрецом… вы ведь сможете оформить опекунство? — спросила я.
Солн вздрогнул. Он явно не ожидал такого вопроса.
— Даже не говорите так…
— Я верю, что Асмир проснется, — твердо сказала я. — Но если вдруг понадобится время или… в общем, нужен запасной план. Вы заберете опекунство, Солн? Чтобы дети были свободны от ошибок Катрин.
— Но тогда вы свободны не будете, — тут же возразил он и пристально взглянул мне в глаза.
Я даже не знаю, буду ли я жива. Или Елена убьет меня своим договором. Но главное ведь не это.
— Главное, чтобы дети были свободны.
Солн нахмурился — ему явно не нравилось мое предложение.
— Подумайте сами, это ведь самое логичное. Это обезопасит их от других договоренностей, которых мы не знаем, Солн. Дети наконец выберутся из этой паутины. И если я правильно понимаю, даже тот договор, где я отдаю Тита… он оформлен на меня. Тит ничего не должен, и вы тоже ничего не должны. Это свобода, которая нам всем нужна.