Жили — как жили.
И это было — прекрасно.
Глава 34. Библиотека в скале (или как я нашла своё место в мире)
Его библиотека была — хаосом. Прекрасным, грандиозным, невыносимым хаосом, от которого любой библиотекарь пришёл бы в ужас, а потом — в восторг. Десятки тысяч книг, разбросанных по трём залам, без системы, без каталога, без порядка. Книги стояли, лежали, висели, падали, забивались в щели, прятались за кристаллами. Некоторые были обёрнуты в ткань. Некоторые — перевязаны верёвкой. Некоторые — заложены чешуйками (его, Вейрена, — маленькие, тёмно-синие пластинки, которые он использовал как закладки, и это было одновременно трогательно и расточительно).
Я стояла посреди первого зала и крутилась. Как маяк. Как радар. Мои глаза — профессиональные, натренированные пятью годами в архивном крыле — сканировали полки, ниши, сундуки. И мой мозг — библиотечный, систематический, одержимый порядком — выл.
— Здесь нет каталога, — сказала я. Тоном, которым врачи сообщают диагноз.
Вейрен стоял рядом. С виноватым видом.
— У меня была... система.
— Какая?
— Я помнил. Каждую книгу. Где стоит. Что внутри. На каком языке.
— Ты помнил. Десятки тысяч.
— Я — дракон. У нас — хорошая память.
— У тебя хорошая память. У книг — нет. Если кто-то другой захочет найти книгу...
— Кто? — Он посмотрел вокруг. Три зала. Пустые. Кроме нас.
— Я.
Он замер. Открыл рот. Закрыл.
— Ты, — повторил он. Как будто пробуя идею на вкус. Лиара — в его библиотеке. Лиара — работающая с его книгами. Лиара — каталогизирующая, сортирующая, переводящая. Делающая то, что он не мог (или не хотел, или не умел — потому что драконы не умеют в каталоги; драконы помнят).
— Мне нужны: карточки, чернила, полки (нормальные, горизонтальные, а не эти — криво вырезанные в камне ниши), и — время. Много времени.
— Время, — сказал он. И улыбнулся. — Время у нас есть.
Я начала работу на следующий день. И — не остановилась.
Каталогизация библиотеки Вейрена стала моей жизнью. Моей целью. Моим — нет, не буду говорить «призванием», слишком громко; скажу — делом. Моим делом. Тем, ради чего я, оказывается, пять лет училась в архивном крыле. Не ради академической карьеры. Не ради степеней и публикаций. Ради — этого. Ради трёх подземных залов, набитых сокровищами, которые ждали, когда кто-то придёт и наведёт порядок.
Первый зал — история. Я начала с него. Каждую книгу — в руки. Осмотреть. Определить эпоху. Язык. Автора (если есть). Состояние. Потребность в реставрации. Записать на карточку. Поставить на полку (я попросила Вейрена вырезать новые полки — ровные, горизонтальные, с бортиками; он вырезал когтями, в драконьей форме, за одно утро; когти оставили борозды на камне, параллельные, ровные, как строчки в тетради).