Он шагнул вперёд, и толпа расступилась перед ним. Он подошёл ко мне, не обращая внимания на невест, на старейшин, на Леру, которая стояла в углу, сжимая бокал так сильно, что побелели костяшки пальцев.
— Ты позволишь мне пригласить тебя на следующий танец? — спросил он тихо, но его голос слышали все.
Я кивнула, не в силах говорить. Он взял меня за руку — его пальцы были тёплыми, сильными — и повёл в центр зала. Оркестр заиграл другую мелодию, более медленную, более глубокую.
Мы начали танцевать. Он двигался уверенно, ведя меня, как будто мы делали это тысячу раз. Я чувствовала его руку на своей талии, его дыхание на своей щеке. Моё сердце билось так сильно, что я боялась, что он слышит его.
— Ты чувствуешь? — спросил он, наклоняясь к моему уху. — Силу, которую я передал тебе. Она внутри тебя. Она ждёт.
Я кивнула. Я чувствовала. Она пульсировала в моих венах, как второе сердце.
— Сегодня на этом балу я должен сделать объявление, — сказал он. — Совет ждёт. Но я не буду объявлять выбор сегодня. Я сделаю это завтра, когда Логово соберётся на площади.
— Почему? — спросила я.
— Потому что я хочу, чтобы ты была готова. И потому что сегодня я хочу показать всем, что мой выбор уже сделан. Танец с тобой — это больше, чем слова.
Он крутанул меня, и я закружилась, чувствуя, как шлейф платья взметается вокруг ног. В зале было тихо — только музыка и наши шаги. Все смотрели на нас. Я видела, как Лера побледнела, как невесты сжали веера.
Когда танец закончился, Ивар отпустил мою руку и поклонился — едва заметно, по-королевски.
— Завтра, Инга, — сказал он громко, так что слышали все. — Завтра я сделаю выбор.
Он развернулся и вышел из зала, оставляя меня стоять в центре, под прицелом сотен глаз.
Я чувствовала, как дрожат мои колени, но я не опускала взгляда. Я повернулась к толпе и встретила взгляд Леры. В её глазах горел жёлтый огонь — такой яркий, что он почти обжигал.
Она не сказала ни слова. Но я знала: война только начинается.
Я вышла из зала, и ночной воздух ударил мне в лицо, остужая пылающие щёки. Луна висела высоко, серебряная и холодная. Завтра он объявит свой выбор.
И я знала, что этот выбор изменит всё.
Глава 16
Вернувшись после минутной передышки на воздухе, вернулась в зал, стараясь не поддаваться наступающей панике.
После того как Ивар покинул зал, тишина повисла над толпой, как тяжелое одеяло. Я стояла в центре паркета, чувствуя на себе десятки взглядов — любопытных, завистливых, враждебных. Шёпот нарастал, как приливная волна, и я слышала обрывки фраз, которые проносились мимо меня, как осенние листья.