Я закрыла глаза и прошептала в тишину:
— Завтра. Завтра я решу.
Но даже тогда я знала, что решение уже принято. Я не могла больше бежать от того, что чувствовала.
И завтра, за музыкальным вечером, я сыграю для него так, что он не сможет отвести взгляд.
Глава 10
Утро музыкального вечера началось с суеты.
Я проснулась раньше обычного, ещё затемно, и долго лежала в кровати, глядя в потолок. Вчерашняя ночь всё ещё стояла перед глазами: Ивар в саду, его рука, поднятая в безмолвном жесте, его взгляд, пронзивший меня до самой глубины. Я не знала, что это значит. Но я знала, что сегодняшний день станет поворотным.
Я оделась с особой тщательностью. Выбрала тёмно-зелёное платье, которое захватила с собой на всякий случай — оно было простым, без вышивки, без украшений, но ткань мягко облегала фигуру, делая меня заметной ровно настолько, чтобы не сливаться с тенью. Волосы я распустила — пусть падают на плечи, как волна. В конце концов, я играю. И моя музыка должна быть услышана.
Медальон я спрятала под ткань, но его тяжесть на груди напоминала мне о том, кто я есть.
Спускаясь по лестнице, я слышала голоса. Дом гудел, как потревоженный улей. Слуги сновали по коридорам, неся подносы с цветами и фруктами. Невесты уже собирались в холле, их смех звенел, как колокольчики. Все они были одеты в роскошные наряды: кто-то в шёлке цвета утренней зари, кто-то в бархате глубокого синего, кто-то в кружевах, расшитых серебряной нитью. Они стояли группами, обсуждая друг друга с улыбками, которые не доходили до глаз.
Я прошла мимо них, не поднимая головы. Я чувствовала их взгляды на своей спине — изучающие, оценивающие. Одна из невест, высокая брюнетка в бордовом платье, с которой я уже сталкивалась вчера, проводила меня взглядом и что-то шепнула своей соседке. Я не слышала слов, но я знала: они обсуждают меня. Странную пианистку, которая появилась из ниоткуда и уже успела привлечь внимание альфы.
Я вошла в бальный зал, и у меня перехватило дыхание.
Зал преобразился. Вчера он был пуст и величественен, сегодня он сиял. Под потолком висели новые люстры, зажжённые до последней свечи. По стенам — гирлянды из белых цветов и зелёного плюща. Пол натёрт до зеркального блеска, и в нём отражались огни, как в поверхности тёмной воды. В центре стоял длинный стол, накрытый белоснежной скатертью, уставленный бокалами и вазами с фруктами. А на возвышении, у дальней стены, стоял трон.
Я видела его и раньше, но сегодня он казался ещё более величественным. Резное дерево, обшитое тёмной кожей, с инкрустацией из серебра в виде волчьей головы. Этот трон ждал своего хозяина.