Я кивнула.
— Играете давно?
Я почувствовала, как её взгляд задержался на мне дольше, чем нужно. Она осматривала меня с ног до головы — мою одежду, мой плащ, мои руки. И я вдруг поняла: она не просто интересуется моей игрой. Она изучает меня. Ищет что-то, что я не хочу показывать.
— Давно, — ответила я ровно. — С детства.
— С детства, — повторила она. — Интересно. А я вот с детства не любила музыку. Слишком много шума. Но вам, людям, это нравится, да?
В этом слове «людям» было столько яда, что я невольно сжала кулаки. Она знала. Она чувствовала во мне что-то, что не было человеческим. Или она просто проверяла меня. В любом случае, я не собиралась проколотъся.
— Музыка успокаивает, — сказала я. — Иногда она говорит то, что слова не могут.
Лера улыбнулась — и в этой улыбке я увидела нечто большее, чем просто вежливость.
— Хорошо, что ты так считаешь, — сказала она. — Потому что в этом доме слова очень опасны. А музыка… музыка не умеет лгать.
Она повернулась и пошла обратно к лестнице, не попрощавшись. Её шаги затихли в конце коридора, и только тогда я выдохнула.
Тёма присвистнул.
— Вау. Она что, всегда такая холодная? Или это у нас первое впечатление?
— Она всегда такая, — ответил Вадим, толкая дверь своей комнаты. — Нам лучше держаться подальше от неё.
Я кивнула, но сама знала: это невозможно. Я чувствовала, что Лера не просто управляющая. Она была любовницей альфы. И она видела во мне угрозу. Я не знала, почему — может быть, ей просто показалось, что я слишком долго задерживаю взгляд на её хозяине. А может быть, она что-то учуяла. Запах моего медальона, или мою кровь, или тот факт, что я не пахну как обычная человек.
Я вошла в свою комнату и закрыла дверь.
Комната оказалась больше, чем я ожидала. Высокие потолки, тёмные портьеры на окнах, большая кровать под балдахином. В углу стоял старый камин, в котором уже горели дрова — хотя было совсем не холодно. Я подошла к окну и раздвинула шторы. За стеклом был сад — огромный, тенистый, с высокими деревьями, которые роняли тени на землю. Где-то вдалеке виднелись огоньки других домов. Это был Логово. И я была внутри.
Я провела рукой по подоконнику и замерла. Там были следы когтей. Глубокие, старые, как будто кто-то много раз вонзал их в дерево, пытаясь вцепиться. Я провела пальцем по бороздкам и почувствовала, как по коже пробегает холод.
В комнате было тихо. Слышно было только, как потрескивает камин. Но я знала, что за дверью меня ждёт не просто ночь. Меня ждёт ужин с оборотнями, и, возможно, встреча с самим альфой. И я чувствовала, что Лера будет рядом, наблюдать, ждать, искать мою слабину.