— Доказательства будет видно, если вы позволите мне приблизиться к ребёнку, — сказала я. — Мой волк чувствует правду. Я не лгу.
Лера шагнула вперёд, закрывая алтарь плечом.
— Ты не смеешь! — крикнула она. — Ты — чужачка, которая хочет украсть моего сына! Совет, я требую, чтобы её удалили!
Аристарх поднял руку, и шум стих. Он посмотрел на меня, потом на Леру, потом на Ивара.
— Альфа, — сказал он ровно. — Твоя избранная выдвигает серьёзное обвинение. У тебя есть что сказать?
Ивар медленно обвёл взглядом зал, затем остановился на мне.
— Я доверяю ей, — сказал он. — Если она говорит, что чувствует подделку, я верю ей. Я прошу Совет позволить ей проверить запах ребёнка. Если она ошибается — приму наказание. Но если она права — мы не можем игнорировать это.
В зале повисла тишина. Лера побледнела, но держалась прямо. Аристарх долго смотрел на нас, затем кивнул.
— Хорошо. Пусть она подойдёт. Но если она прикоснётся к ребёнку или попытается вмешаться в ритуал, мы будем считать это актом враждебности.
Я сделала шаг вперёд, чувствуя, как волк внутри меня насторожился. Приблизилась к алтарю, и Лера неохотно отступила на полшага, всё ещё не сводя с меня горящих глаз. Наклонилась к ребёнку и вдохнула его запах глубже, чем раньше.
Подделка была очевидной. Запах Ивара был только поверхностным слоем — тонкой плёнкой, которую кто-то наложил, используя тёмную магию. А под ней чувствовался другой запах — сырой, дикий, похожий на запах одного из воинов Леры.
Я выпрямилась и повернулась к Совету.
— Его запах подделан, — сказала я твёрдо. — Кто-то использовал ритуал сокрытия, чтобы наложить на ребёнка запах альфы. Под ним чувствуется другой волк. Я не знаю кто, но это не альфа стаи Теней.
Лера побледнела, но быстро взяла себя в руки.
— Ты лжёшь! — крикнула она. — Ты пытаешься украсть моего сына! Совет, она хочет украсть наследника Теней!
Аристарх поднял руку, останавливая её.
— Если это правда, — сказал он медленно, — то это будет означать, что ты, Лера, обманула Совет. А обман в Логове карается изгнанием или смертью. Ты готова пройти проверку?
Лера смотрела на него, её лицо стало белым, как полотно. Она открыла рот, но не сказала ни слова. Затем она резко повернулась и схватила ребёнка с алтаря.
— Вы все будете жалеть! — крикнула она, отступая к двери. — Я ещё вернусь!
Она попыталась выбежать из зала, но воины у дверей преградили ей путь. В зале поднялся шум. Старейшины вскочили, крича, и Лера, оказавшись в ловушке, замерла, прижимая к себе ребёнка.
Аристарх поднялся, его лицо было мрачным.
— Лера Соколова, — сказал он ледяным голосом. — Ты обвиняешься в обмане Совета и попытке присвоить себе наследника Логова. Ты будешь заключена под стражу до вынесения приговора.