Глеб молчал несколько секунд, затем медленно кивнул.
— Это серьёзно. Такие ритуалы не разрываются простым желанием. Нужна сила, чтобы противостоять им. И нужно уметь контролировать свою собственную сущность, чтобы направить её против чужой магии.
— Именно поэтому я здесь, — сказала я. — Я хочу научиться контролировать свою силу. Не просто оборачиваться и наносить удары. Хочу управлять своей волчьей сутью так, чтобы я могла проникать в ритуалы, чувствовать их структуру и разрывать их. Хочу быть готовой к тому, что Лера может попытаться использовать эту связь.
Глеб посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом. Затем он улыбнулся — редко, но искренне.
— Ты просишь о том, чему я сам учился годы. Это не просто тренировка, Инга. Это медитация, это доверие к своему волку, это умение отпускать контроль, чтобы получить больший контроль.
— Я готова, — сказала я. — Не боюсь боли. Я боюсь только потерять его.
Глеб кивнул и жестом пригласил меня следовать за ним. Он провёл меня в дальний конец двора, где стоял старый каменный круг, поросший мхом. Внутри круга было пусто, но я чувствовала, как воздух здесь был другим — более плотным, более древним.
— Сядь в центр круга, — сказал Глеб. — Закрой глаза и дыши. Не пытайся вызвать волка. Позволь ему прийти, когда он будет готов.
Я села на холодный камень, скрестив ноги, и закрыла глаза. Вокруг меня было тихо, только ветер шелестел в листьях и где-то далеко пели птицы. Я дышала глубоко, пытаясь успокоиться, но мои мысли всё ещё крутились вокруг Леры, вокруг ритуала, вокруг Ивара.
— Не думай о них, — сказал Глеб, и его голос звучал откуда-то издалека. — Думай о себе. О своём теле. О том, как оно дышит, как оно чувствует землю под собой.
Я сосредоточилась на своём дыхании. Вдох, выдох. Чувствовала, как воздух входит в лёгкие, как он выходит наружу. Чувствовала, как мои пальцы касаются камня — он был прохладным, шероховатым. Я чувствовала, как мои колени касаются земли, как моя спина держится прямо.
Внутри меня начал просыпаться волк. Он не рвался наружу, как раньше. Он просто поднимался, медленно, как вода, заполняющая пустоту. Я позволила ему прийти, не сопротивляясь. Я чувствовала, как он касается моих границ, как он изучает их, как он ждёт моего разрешения.
— Теперь, — сказал Глеб, — когда ты чувствуешь его, позволь ему вести тебя. Не думай, не анализируй. Просто следуй за ним.
Я закрыла глаза и позволила себе упасть в эту глубину. Волк вёл меня. Моё тело становится легче, как мои чувства обостряются. Я слышала, как ветер касается листьев, как земля дышит подо мной, как где-то далеко бьётся сердце Ивара. Даже отсюда — его тепло, его силу, его беспокойство. Я ощущаю и другую нить — тонкую, тёмную, которая тянулась от него к ребёнку. Это была связь Леры. Она была чужой, холодной, искусственной, но она была там, и она пульсировала, как рана, которая не заживала.