Да и честно говоря, больше всего он боялся последнего этапа. Конечно, можно было завершить на пятом, не пытаясь пройти через уничтожение и воссоздание магически укрепленных костей, но окончательно решение пока не было принято.
Как Грошин, так и Слэро предупреждали Поттера, что подавляющее большинство смертей происходило именно на последнем этапе, потому что даже сильные менталисты не способны выдержать боль от подобного. В какой-то степени это пугало, но Гарри был почти уверен, что сила магического источника Хогвартса способна будет облегчить его состояние во время ритуала. Или восполнит хотя бы часть сил, тратящихся на поддержание жизни в теле.
Разумеется, со всеми этими ритуалами он не преследовал цель стать каким-то невероятно сильным темным лордом. Если бы у Гарри была свобода выбора, он плюнул бы на все и спокойно жил среди магглов где-нибудь на Фиджи, используя магию только для личного комфорта.
Корень проблемы заключался в том, что он оказался намертво прикован к ситуации, продиктованной пророчеством. Дурак мог бы сбежать и надеяться, что можно спрятаться от судьбы, но дураку неведомо, что магия пророчества — это не какая-то условность. Если пророчество было создано, то все, деваться некуда, любые действия будут вести к его исполнению.
Тем более, что назначенный Поттеру судьбой оппонент — конченый наглухо псих, который абсолютно точно зациклился на весьма болезненной смерти своего «главного врага».
Сбежать от него — просто отсрочить неизбежное столкновение. Да, будь на месте Гарри какой-то идеальный моралист или он сам в шестнадцать-семнадцать лет, его первостепенной целью было бы сократить количество будущих жертв. Но, поскольку он давно вырос, его отношение к ситуации изменилось и пыл поугас.
Безусловно, когда-то Гарри действительно скорбел по каждому, кто был убит во время боевых действий, но те времена давно прошли, как и навязанное окружением чувство вины. С чего бы ему чувствовать вину, например, за смерть Люпина или Тонкс, если они бросили своего новорожденного ребенка и убежали на никчемную локальную потасовку, запертую в рамках одного конкретного замка? Сами виноваты. Как и многие другие.
Конечно, были и те, кто действительно пострадал от террора, не будучи идиотом или самоубийцей — Луна Лавгуд, которую пытали в подземельях Малфой-мэнора из-за деятельности ее отца, или тот же Тед Тонкс, вынужденный бежать из дома из-за преследования магглорожденных. Это касалось и многих других выходцев из маггловских семей, осужденных на поцелуй или Азкабан за «кражу магии у чистокровных». Да, конкретно с этим пиздецом Гарри мириться не собирался.