Камень истощал его, и он знал об этом, но не сопротивлялся. Шесть лет понадобилось, чтобы эта странная магия подчинила его и привела к полноценной зависимости. Он не стал идиотом или самоубийцей, нет, но потребность в использовании камня стала практически осязаемой.
Несмотря на такой, казалось бы, самоубийственный выбор окончания жизненного пути, Слэро почему-то боялся отсутствия посмертия. Гарри не спрашивал о причинах страха, а старик не стремился рассказывать. Судя по его реакции на информацию о крестражах и тех подробностях, что он рассказал Поттеру об особенностях якорей и аспектах их создания, ему не понаслышке было знакома цена за это действо.
Так и летели годы.
Ночь; дожив до седин, ужинаешь один,
Сам себе быдло, сам себе господин.
И. Бродский. Квинтет
Вот так и жила разношерстная компания впятером — Гарри, Артур, Кричер, да портреты Вальбурги и Арктуруса. Последние едва ли не круглосуточно лаялись друг с другом после того, как вновь были повешены в коридоре.
Безотносительно их ругани, жизнь текла спокойно и без особых эксцессов, пока 19 декабря 2013 года Слэро не умер.
Почил он мирно, во сне, оставив на столике рядом с кроватью рукописное завещание, где все имущество завещал своему первому и последнему ученику. Не сказать, что его смерть для обитателей дома стала сюрпризом, старикан сильно сдал за последние несколько недель. Звал жену в беспокойных снах, почти сломался, крича, что его ждет только тьма в конце туннеля. В последние дни уже ничего и не понимал. Да и не слышал, наверное. Лежал и шептал бесконечные мольбы. Грустно было наблюдать, как быстро он терял себя, чувствуя близкий конец.
Гарри, заручившись поддержкой Кричера, исполнил последнюю волю усопшего — развеял прах неподалеку от Перперикона, в Болгарии. Воскрешающий камень вернулся к законному хозяину и был убран с глаз долой, прямо в шкатулку с изолирующим рунным контуром. Лучше не иметь под рукой лишних соблазнов, Слэро был согласен на влияние камня, но Гарри — нет.
Вообще, камень был поразительным предметом. Являясь, по скромной оценке Поттера, неким темномагическим и «условно природным» творением, использующим одновременно и некромантию, и магию души для работы, сам по себе он не излучал никаких темных эманаций.
Более того, он ощущался как абсолютно нейтральный магический элемент, словно держишь в руках кость нунды, например, или природный кристалл. Артур начал чувствовать чужеродные всплески магии только на второй год использования, когда зависимость уже активно крепла. Стоит учесть, что в отличие от первого владельца камня, старикан пользовался им с умом. Да, он призывал душу жены, но никогда не пытался задержать ее в подлунном мире, помня об участи Кадмуса Певерелла.