Так или иначе, Британия просто должна пережить период массовой тупости. Нынешний упадок еще не дошел до критической точки. Дойдет — и у людей начнет просыпаться разум. Или нет.
Тем временем в Хогвартсе предавался тяжелым депрессивным думам Северус Снейп, профессор зельеварения и декан Слизерина. Что-то в последнее время все шло совершенно не так. Мало того, что Питер Петтигрю внезапно воскрес из мертвых, так еще и оказался пожирателем. И не обычным, а тем самым, кто привел Темного Лорда в дом Лили…
Сириус Блэк. Подумать только, чертов Блэк отсидел двенадцать лет в Азкабане за преступление, которого не совершал. Северусу даже было почти жаль школьного врага. Как бы он ни вел себя в юности, двенадцать лет в страшнейшей тюрьме мира для невиновного человека — ужасная кара. Почти жаль, ведь, судя по всему, даже двенадцать лет наедине с дементорами не сильно поменяли нрав этого выскочки.
Вдобавок еще и Поттер вмешался. Мало было того, что мальчишка влез в погоню за Блэком и Петтигрю, так он умудрился еще и в больничное крыло угодить после этого.
Да, на следующий же день он показался на обеде, и Поппи не просила о помощи, что свидетельствовало либо о мелких неприятностях, либо вовсе об их отсутствии, но самое серьезное случилось вечером. Альбус устроил Северусу настоящую выволочку, раскрыв сразу пачку фактов, о которых зельевар и понятия не имел.
Он знал, что Дамблдор отдал сына Лили семье Петунии, но о том, что тот вообще не следил потом за состоянием мальчика? Зельевар закрыл глаза, давя едва зародившиеся ростки вины. Подумать только, без какого-либо контроля отдать ребенка Лили Петунии, которая ненавидела свою сестру, а еще больше ненавидела Джеймса Поттера, хоть и не без причин — говорят, они с Блэком просто испоганили свадьбу старшей сестры Эванс с этим Дурслем. И не просто отдать, но еще и не следить за ним после этого!
Логичным исходом оказалось то, что мальчишка за время нахождения у любящей тетки обзавелся целым набором физических и психологических проблем. Плохое развитие из-за недоедания, неправильно сросшиеся переломы, следы физических наказаний. Подумать только, Снейп заочно считал его заносчивым принцем, а тот жил в условиях хуже, чем жил сам Северус когда-то в Паучьем тупике. По крайней мере, у Снейпа была мать, он не голодал, а отец почти всегда отсутствовал дома.
Зельевар ни за что бы не признался, но он понимал, что ему в какой-то степени жаль парня. Он неоднократно проникал в его разум, но ни разу не встретил там воспоминаний о времени вне школы. Раньше он и не задумывался над этим, но теперь все встало на свои места — жертвы жестокого обращения могут просто замкнуться в себе, но иногда они словно разрываются надвое — между тем, кем хотели бы быть, и тем, кто страдал от насилия. В таком случае часть личности и памяти, затронутая жестоким обращением, изолировалась в разуме, чтобы окружающие ничего не поняли, ничего не узнали. И ведь не так уж и просто объяснить таким людям, что им можно помочь.