— Э-э-э, добрый вечер, Нимфадора, меня зовут Перенелль Фламель, — представилась Перенелль, и Тонкс перевела на нее взгляд потускневших глаз.
— Не надо называть меня Ним… — не успев договорить, она уснула, и Пенни прокряхтела что-то, вместе с тем поднимая голову.
— Вот и все, приехали, — шмыгнув носом, заявила Эмма. — Разве она должна была очнуться так быстро? Пенни?
— Ответить на этот вопрос сможет только Ник, — вздохнув, покачала головой Перенелль. — Ладно, помоги настроить диагностические артефакты. Гарри наверняка уже вернулся и скоро прибежит сюда, магический выброс он точно заметил.
Примечание автора: сначала было очень-очень много работы, потом умер ноут, а потом я несколько дней отсыпался, ахпх. С сегодняшнего дня расписание вроде как восстанавливается. Пока хз, как будет в будущем, потому что с покупкой нового ноута есть определенные сложности, но посмотрим
Примечание автора: сорри, что пропал - работал, а потом ноут умер. Ща все норм будет с расписанием, набрал проектов на дом и работаю удаленно
— Гарри! С Дорой все в порядке?! — Тед потянул на себя входную дверь, пропуская Андромеду вперед и вбегая в гостевой дом вслед за ней. — Гарри, Винки сказала, что…
— Она пришла в себя, но все еще очень слаба, — ответила за Поттера Эмма, когда поняла, что юноша даже не услышал вопроса, попросту проигнорировав появление четы Тонксов. — Судя по всему, у нее сильное магическое истощение.
— Не «судя по всему», а совершенно точно, и очень-очень сильное, — мягко поправил девушку Николас, вчитываясь в показания, полученные с помощью сразу нескольких диагностических артефактов. — Пенни, дорогая, я не вижу никаких серьезных отклонений. Конечно, идеальными эти цифры не назвать, да и хорошими тоже, но органы медленно восстанавливаются, кровь насыщена кислородом, и даже сердце уже может биться самостоятельно, без внешней поддержки. Не убирай бумаги, попробуем проверить еще раз.
Гарри прислонился спиной к стене, отрешенно наблюдая за тем, как Эмма мягко удерживает Андромеду и Теда в паре шагов от кровати Доры, над которой по-прежнему хлопотал Николас. Модифицированное кровное проклятие, неудачный ритуал, жертвоприношение — Поттер до последнего сомневался в том, Нимфадора Тонкс очнется, но Фламеля и впрямь не зря считали лучшим алхимиком в истории магического мира.
С едва заметным оттенком интереса юноша продолжал следить за отточенными до автоматизма движениями Николаса, который ловко управлялся с артефактами, о половине из которых Поттер даже не слышал никогда. Многоэтапная проверка была необходима, несмотря на то, что сам факт пробуждения уже можно было назвать осторожным успехом. Фламель избегал так называемых «универсальных диагностических артефактов», предоставляющих колдомедикам всеобъемлющий набор цифр и показаний, на которые те могли бы опираться, и предпочитал работать по старинке, придерживаясь традиционных для ритуальной колдомедицины принципов лечения, завязанных на крови.