— Если вовремя не взять все происходящее под контроль, определенно, — с усмешкой проворчал Элтон Элдерберри. — Он был один, Альбус.
— Я уже догадался.
— Некромантия, кровная магия, магия души, ритуал с жертвоприношением, адское пламя и элементальная магия… — покачал головой старый невыразимец. — Не хотелось бы заявлять такое, но в какой-то степени нам повезло, что он работает против… Сам-знаешь-кого.
— Его имя можно произносить без опаски, Элтон.
— Знаю, но… — старик махнул рукой, — плохие воспоминания и дурные привычки, сам понимаешь. Тебе ли не знать о том, как тяжело избавляться от пагубных пристрастий?
— Мы не можем заявлять о том, что он против Волдеморта, пока не узнаем, что именно он сделал с заключенными, — Дамблдор, поморщившись, проигнорировал очевидный намек. Амелия и Сириус лишь молча переглянулись, не желая влезать в чужую беседу.
— Что сделал? — переспросил Элтон, с печальной усмешкой вновь покачав головой, — судя по тому, что он сделал с этими несчастными и оставленной в камере Антонина Долохова руке… Я бы поставил на то, что их ждет ужасная смерть.
— Или торг.
— Или торг, — согласился Элдерберри, — но на это я бы точно ставить не стал.
Альбус помедлил пару секунд, после чего обернулся, внимательно посмотрев на Блэка и Боунс, которые продолжали стоять в нескольких шагах от него на протяжении всего разговора.
— Осмотрите седьмой блок, я к вам скоро присоединюсь, — произнес он, посмотрев сначала на Амелию, а потом и на Сириуса, который, молча вздохнув, отправился вслед за женщиной в сторону крепости.
— Там ничего нет, Альбус, — Элтон цокнул языком, — ничего интересного уж точно.
— Прикажешь безоговорочно верить тебе на слово после того, как ты решил остаться в стороне? — прищурив один глаз, Дамблдор испытующе посмотрел на сотрудника Отдела Тайн, но тот лишь пожал плечами.
— Я просто говорю то, что думаю. И я уже слишком стар для того, чтобы участвовать во всех ваших…
— Том хочет пробраться в Отдел Тайн, — во второй раз за последние две недели предупредил Элтона Дамблдор. — И он непременно попытается сделать это, даже несмотря на то, что Руквуд уплыл из его рук.
— Как только ты скажешь, что именно именно ему нужно, я обязательно выслушаю тебя, — перебил директора Хогвартса Элдерберри. Альбус, разумеется, промолчал, не желая раскрывать карты, связанные с пророчеством. — Я так и думал. Лучше позаботься о том, чтобы никто не смог добраться до десятой заключенной, — прищурившись, добавил он, — а с защитой Отдела Тайн мы справимся и без твоих рекомендаций.
Дамблдор отрывисто кивнул, понимая, что Беллатриса Лестрейндж и впрямь нуждается в защите. Судя по всему, что-то помешало Безликому выкрасть десятую заключенную, содержавшуюся в отдельной камере по его, Альбуса, личному распоряжению. Было в этом что-то подозрительное, конечно, но такой поворот событий позволял Дамблдору использовать перевезенную в Мунго Лестрейндж в качестве не просто источника информации, но и значимого рычага давления, предназначение и ценность которого лишь предстояло выяснить.