— Пропали только девять пожирателей, Милорд, — закинул удочку Снейп, следуя по пути, проложенному Дамблдором. — Кто-то был оставлен в Азкабане.
— Кто? — тут же спросил Реддл.
— Дамблдор не сказал, — покачал головой Северус и тут же рухнул на колени, безуспешно пытаясь сдержать крик от эффекта пыточного заклинания.
Волдеморт опустил волшебную палочку, как только сдавленные крики превратились в хрипы. Все шло наперекосяк. Кажется, первым серьезным отклонением от плана стал еще чемпионат по квиддичу, превратившийся в бойню, лишившую Тома целой россыпи верных сторонников, включая Ноттов и Сивого, затем последовала провалившаяся попытка вытащить Поттера на ритуал, а теперь еще и это…
— В следующий раз я жду тебя с именем, Северус, — процедил сквозь зубы Волдеморт, после чего посмотрел в сторону выхода. — Нагайна, выпусти его.
С презрением и долей опаски наблюдая за тем, как зельевар, пошатываясь, покидает зал, Волдеморт перевел взгляд на свою змею. Его последний крестраж. Возможно, было слегка опрометчиво раскалывать душу еще раз, но… Реддл не был уверен в том, что все пройдет как надо. Крестраж внутри магической змеи, конечно, звучал слегка безумно в теории, но оказался весьма стабильным на практике. Существовала вероятность, что в случае долгосрочного успеха можно будет попробовать еще раз, но уже с другим магическим существом…
Реддл моргнул пару раз, прогоняя эти мысли. Долгосрочный успех? О каком успехе теперь могла идти речь, если он постоянно балансировал на грани провала, так и не приступив к действиям? Разумеется, Верхет был прав, считая, что сдержанность и уничтожение репутации Дамблдора имеют решающее значение, когда на чаше весов находится контроль над страной, но… именно сдержанность привела к тому, что Том оказался позади.
Сразу три серьезных угрозы: исчезновение его самых верных сторонников, невозможность беспроблемно проникнуть в Отдел Тайн без Руквуда, а также Беллатриса, которая знает о том, что в ее сейфе находится нечто ценное. Слишком ценное, чтобы просто так отказываться от него.
— Малфой… — прошептал Том, понимая, что пришла пора вернуть дневник, оставленный на хранение Абраксасу. Остальные крестражи, не считая дневника и чаши, не зависели от людских судеб, поэтому их безопасность не была под угрозой.
***
— Доброе утро, — Гарри зашел в лабораторию Фламеля, кивнув алхимику, который сидел в своем кресле с газетой в руках.
— Доброе, — прищурившись, ответил Николас, — Гарри?
— Да? — невинно переспросил Поттер, присаживаясь напротив Фламеля.
— Где ты был вчера вечером? — поинтересовался Фламель так, словно давал Поттеру последний шанс сообщить новости по собственной воле.