— Да, пожалуй.
— Ваши татуировки, — мельком взглянул на прикрытые рукавами мантии предплечья Поттера профессор, — внезапный статус главы рода, равно как и использование языкового зелья натолкнули меня на мысль, которой я с тех самых пор придерживаюсь. Хотите, чтобы я озвучил ее здесь, в стенах этой школы, Гарри?
Поттер замер, просчитывая варианты. Если все действительно так, как хотел представить это Флитвик, то знает он обо всем настолько долго, что успел бы сообщить об этом кому угодно, если бы захотел.
— Честно говоря, я могу слышать, как в вашей голове крутятся шестеренки. Наверняка вы уже сопоставили сроки и поняли, что если бы я захотел, то вы бы не смогли вернуться в Хогвартс. Более того, я сильно сомневаюсь, что ваши друзья с пониманием отнеслись бы к тому, чем вы занимаетесь, когда… надеваете маску.
В кабинете воцарилась тишина. Гарри не сдвинулся с места, как и Флитвик, который продолжал пристально смотреть на студента. Обоюдное молчание продлилось не больше десяти секунд, но по ощущениям это было похоже на несколько часов.
Гарри вытащил из стеклянной креманки еще одну конфету и задумчиво покрутил ее между пальцами, наблюдая за тем, как со сладости осыпается сахарная пудра. Ухмылка промелькнула на его лице с такой скоростью, что никто и не заметил бы изменение эмоций, но Флитвик все же не был простым обывателем.
— Жизнь не так проста, профессор, — наконец произнес Поттер, и Филиус отметил про себя, что изменилась даже интонация, — и мы порой лишены возможности влиять на нее напрямую в рамках того, что названо законом. Можно ли упрекать меня в том, что я решил взять все в свои руки? Да, разумеется. Но что остается делать человеку, если все катится к чертям, но никто ничего не собирается предпринимать?
— У меня нет ответа на этот вопрос, Гарри.
— Как и у меня, — Поттер вздохнул, — но я точно знаю, что нельзя оставаться в стороне, когда речь идет о безопасности тех, кем ты дорожишь. Я мог бы покинуть Британию, и Альбус никогда не нашел бы меня. Даже если бы он задействовал все возможности МКМ, он не смог бы найти меня. Но я знал, что без моего вмешательства эта страна обречена. Август прошлого года оказался яркой, но все же слабой демонстрацией того, что могло бы произойти, но не произошло. Благодаря мне, а не кому-либо еще.
— Я знаю немало тех, кто прямо или косвенно пострадал от зубов и когтей Фенрира Сивого, — Флитвик сцепил руки в замок. — И когда я понял, кто скрывается за маской, то всегда старался брать в расчет показательную смерть того, кто сломал жизни сотням людей и магических существ. Освобождение пятидесяти вейл и уничтожение тех ужасных артефактов окончательно убедили меня в том, что вы точно не являетесь врагом для меня.