В любой момент Гарри мог заявиться в Выручай-комнату и забрать испорченный артефакт, но… как бы весело ни было увидеть рожу Малфоя, который обнаружит пропажу шкафа, это казалось необдуманным и даже глупым ходом. В конце концов, «сюжетный поворот» с исчезательным шкафом хотя бы предсказуемый, каким бы абсурдным он ни казался в контексте происходящего, а вот импровизация или куда более изобретательные планы представляли большую опасность.
Малфоя вообще не заботил исчезательный шкаф: судя по всему, слизеринец методично осматривал комнату, пытаясь отыскать диадему Кандиды Когтевран, которую Поттер давным-давно забрал. Гарри даже пришла в голову мысль еще раз подшутить над Волдемортом, подсунув Малфою очевидную подделку с посланием, как он уже сделал с медальоном Салазара Слизерина, вложив в поддельный медальон клочок пергамента с подписью «обманули дурака», но…
Драко вряд ли переживет встречу с Томом Реддлом, если доставит ему такой прелестный подарок.
В любом случае, Малфоя ждет неудача — невозможно отыскать то, что уже давным-давно забрали. И Гарри просто хотел подгадать момент, чтобы встретиться и обсудить с Драко все происходящее, как только тот сообщит Волдеморту о неудаче. Как отреагирует Реддл, узнав о том, что сынок Люциуса провалился, пытаясь отыскать диадему? Уж точно не убьет и вряд ли начнет пытать… Наверняка скажет несколько обидных слов, отрежет Люциусу пару пальцев в назидание за сыночка-идиота, и отпустит Драко на все четыре стороны, пригрозив смертью за провал следующего задания.
С учетом того, что из себя сейчас представляла защита Хогвартса, можно было точно сказать, что следующим заданием не станет похищение, например, Поттера: ни один рунный портключ не способен будет пробиться сквозь барьер, даже если налажена связь. В Тайную Комнату Малфой тоже попасть не сможет, да и убийство Дамблдора…
С учетом всей той медийной кампании, что вели Верхет и Волдеморт, смерть Дамблдора может превратить старика в мученика, убитого за попытку рассказать людям правду. Поначалу Гарри даже задумался о том, чтобы развернуть ответную кампанию, с помощью Сириуса, Амелии и Луны подключить к делу Ксенофилиуса Лавгуда, попробовать вложиться в выпуск нескольких бесплатных тиражей газеты, в которой по пунктам будет рассказано о том, что происходит на самом деле, но довольно быстро понял, что в этом нет никакого смысла.
Во-первых, Сириус все еще находился в не лучшем психическом состоянии: несмотря на то, что с гибели Ремуса прошло уже почти полтора месяца, Блэк все еще не смирился с произошедшим. Разумеется, Амелия делала все возможное, но… Сириус, несмотря на весь свой юношеский задор, всегда был человеком хрупким и ранимым. Блеки всегда умели скрывать свои истинные эмоции за фасадом, и эмпатичный Сириус в этом был до боли похож на свою кузину Беллатрису, каким бы парадоксальным ни казалось это сравнение. Они были на одной чаше весов, а Нарцисса, Андромеда и Регулус на другой. Разумеется, в такой ситуации баланс невозможен.