— Еще не вечер, Поттер, — вздохнула Эмма, закрывая глаза, — ты все так усложнил, ты даже себе не представляешь. Мерлин и Моргана, ты превратил скверную ситуацию в хуевую. Вот, что ты сделал.
— Это не так. — возразил Гарри.
— Это так!
— Ситуация не изменилась, — Поттер покачал головой, — и она оставалась неизменной с того самого момента, когда я впервые надел эту маску. Единственное, что изменилось — это твое восприятие ситуации с учетом новых деталей. И если бы… Если бы я ничего к тебе не чувствовал, то наверняка стер бы тебе память.
— А ты… что-то чувствуешь? — слегка нахмурившись, посмотрела на него Эмма, в глазах которой плескалась гремучая смесь, которую Поттер не в силах был разобрать на составляющие.
— Во-первых, ты мой друг, и я доверяю тебе, — без промедления ответил юноша. — Во-вторых, все наши с тобой разговоры не стали менее искренними из-за того, что я скрывал часть своего неприглядного прошлого. И в-третьих, я еще ни разу не имел дело с разумом высшего вампира. Если судить по записям из той пещеры, структура защиты вашего сознания отличается от человеческой.
— Спасибо за лекцию, друг, — скривилась Валье, подчеркнуто издевательски произнося последнее слово. — Мне очень нравится, друг, что мы с тобой последнее время спим в одной постели. Это очень хорошо влияет на нашу дружбу, друг, — повторила Эмма под конец, прежде чем снова нахмуриться и уставиться на Поттера. — Кто еще знает?
— Есть один человек, но… — Гарри скривился, — с ним все очень сложно. Я не могу ничего рассказать о нем без его разрешения, извини.
— Не твоя тайна? — тихим голосом спросила Эмма.
— Да, и он по сути застал меня врасплох в начале лета, — вздохнул Поттер, — так что… первое раскрытие произошло без моего на то согласия. Он стал моим наставником, вообще-то, и знает практически обо всем.
— Он знает обо мне? — Валье потеряла дар речи, как только Гарри пожал плечами.
— Знает о твоем существовании, но я никому не рассказывал ничего о твоем прошлом, твоих целях и всем остальном, — помедлив, ответил Гарри. — Эмма, я рассказал ему о тебе еще до того, как мы с тобой вообще стали друзьями… Не сочти за оправдание, но он был моим единственным союзником в тот момент.
— А сейчас, значит, у тебя их стало больше? — Эмма почувствовала, что медленно успокаивается.
— Я надеюсь, что ты согласишься стать моей союзницей, — с едва заметной кривой улыбкой посмотрел на девушку Поттер. — Слушай, это действительно тяжело переварить, но… ты ведь была абсолютно права, когда сказала о своем удивлении. Неужели тебе не кажется, что к этому все и вело?