По итогам летнего марафона можно было сделать вывод, что порядок проведения ритуалов, возможно, и не был максимально верным, но тем не менее отвечал всем требованиям. Магия была стабильной, физические показатели развивались равномерно, без резких скачков, а ритуальные преимущества не вступали в конфликт ни с телом, ни с магическим ядром. Едва ли можно было желать результата лучше.
Спокойствие и размеренная подготовка, однако, были нарушены вечером 29 августа, когда в дверь комнаты, с которой Гарри снял отвлекающие чары, постучал Вернон.
— Поттер… Пацан, войду? — пробурчал Вернон, помня о наставлении Дамблдора касательно общения с племянником.
— Да, дядя Вернон, проходите. — Поскольку Гарри уже все вычистил, скрывать в комнате было нечего.
Вернон протиснулся сквозь не самую широкую дверь и окинул взглядом прищуренных глаз чистую, почти до блеска отмытую комнату.
— Вы что-то хотели? — Гарри уже заметил, как старший Дурсль мнет в руках какую-то бумажку и гадал, неужели тот все-таки решил послушать Дамблдора.
— Да… Понимаешь, это, возможно, твое последнее лето у нас…
— Я знаю, профессор Дамблдор говорил.
— Дамблдор… — На красном лбу разнервничавшегося Вернона проступил пот, который тот сразу попытался утереть рукавом. — В общем, парень, твои родители, э-э-э, оставили тебе сумму денег, которую мы должны были передать тебе, когда ты вырастешь.
Гарри еле удержался от ухмылки, грозящей расплыться на его лице. В конце концов, подобная ложь даже звучала вполне неплохо. Вернон выставлял себя благодетелем, исполнителем воли умерших, а Гарри получал справедливый возврат средств. Все в выигрыше. Кроме кошелька Вернона, само собой.
— Правда?
— Да. — Вернон, наконец, решился и протянул племяннику небольшую кипу бумаг. — Тут все твои документы, которые успели накопиться за четырнадцать лет, справки из школы и документация на счет, открытый твоей матерью. Он бессрочный, ответственность за средства лежит на банке, ты можешь забрать их оттуда, когда вырастешь.
— Это большая сумма… — Гарри разыграл удивление, но осторожно, чтобы Вернона не хватил инфаркт прямо на месте от такого перенапряжения, лицо у него уже было краснее, чем гранатовый сок.
— Большая, да… В общем, бывай, парень. — Вернон протер вспотевшие руки о штаны и вышел из комнаты, оставляя за спиной почти смеющегося племянника.
Гарри дождался щелчка щеколды и только тогда обратил внимание на бумаги, оказавшиеся в его руках. В прошлом мире ему не так повезло, и Петуния в девяносто восьмом заявила, что умудрилась потерять все документы. Видимо, таким образом решила скрыть подробности хищения средств.