Правда, забывать о ценности этой информации не стоило. Как минимум, стоило позаботиться о том, чтобы Поппи не вспомнила фрагмент беседы, касающийся части души Тома.
— Однако, Гарри, хоть у нас сегодня и вечер хороших новостей, я должен попросить тебя никому не рассказывать об этом. Даже друзьям. Я могу на тебя рассчитывать, мой мальчик? — хоть Дамблдор и высказал свои пожелания в формате просьбы, он держал зрительный контакт и с максимально возможной скоростью параллельно накладывал на разум Гарри внешнюю заплатку. Возможно, она и не успеет пригодиться, но ее будет достаточно, чтобы защитить воспоминания мальчика в том случае, если Том обретет прежнюю силу.
— Конечно, директор. — Гарри с удивлением обнаружил, что старый чудила лепит ему ментальные заплатки на внешнюю защиту. Ту самую, куда он, словно в котел, скинул куски памяти погибшего Поттера.
— Думаю, Гарри, мы сможем вернуться к этому разговору чуть позже, потому что мадам Помфри явно хочет нам что-то сказать.
Дамблдор послал патронуса, сообщая об окончании аудиенции, и возвращение колдомедика не заставило себя долго ждать.
— Альбус, я зафиксировала все, что могла. В магическом плане отклонений нет, но определенные изменения есть, и они явно отрицательные. — Дамблдор напрягся. — В теле мальчика находится небольшое количество яда, очень серьезного яда. Я бы не смогла сказать, что это, если бы не прошлый год. Кажется, это яд василиска, и он определенно сохранился в теле с тех пор, успев причинить небольшие повреждения. Я полагаю, мистеру Поттеру необходим курс исцеляющих и укрепляющих зелий, а еще слезы феникса.
Гарри неплохо сыграл удивление и испуг, посмотрев сначала на Дамблдора, а потом на Помфри.
— Со мной все будет в порядке, мадам Помфри?
— Конечно, мистер Поттер. Я думаю, директор не откажет нам в слезах феникса? Вам необходимо примерно четыре капли на стоун, это стандартная пропорция для полной нейтрализации ядов подобной категории. Я приглашу коллегу из Св. Мунго, и он дополнительно проверит вас после процедуры, если директор будет не против. — она посмотрела на Дамблдора.
— Разумеется, я не против, мадам Помфри. — Дамблдор улыбнулся. — Гарри получит весь необходимый уход, и я с утра прибуду сюда с Фоуксом.
— Хорошо, директор. — мадам Помфри схватила принесенные листы пергамента в охапку и засеменила в кабинет.
Гарри позволил себе слабую улыбку. Первый кусок плана сработал, но оставался один вопрос:
— Профессор, а что случилось с Гермионой и Сириусом?
— О, не беспокойся, Гарри, с мисс Грейнджер в порядке. Она испытала серьезный стресс, пока наблюдала за действиями дементора, поэтому ей дали успокаивающее зелье и зелье сна-без-сновидений. Я возьму на себя смелость немного подправить ей память, чтобы произошедшее сегодня осталось между тобой, мной и мадам Помфри. Я понимаю, что это не слишком этично, но не думаю, что миру стоит знать подробности случившегося с тобой. Сириус находится на связи со мной, сейчас он в надежном месте, куда я его отправил. Как только студенты разъедутся на каникулы, мы с Амелией Боунс, главой Департамента Магического Правопорядка, начнем подготовку к пересмотру дела и повторному суду. Хотя, вернее будет сказать, первому суду, потому что двенадцать лет назад Сириуса никто даже не допросил, записав в протокол его слова в состоянии аффекта как признание вины.