Её досада крылась в том, что зубодробительная сложность задачи почти обнуляла шансы на триумф. А значит, сколотить на этом дельце солидный капитал заслуг ей точно не светило.
На протяжении доброго полугода, отчаянно готовясь к предреченному Апокалипсису, Сио рвала жилы без единого выходного. Девушка умудрялась виртуозно жонглировать казенной рутиной МИ-9 и выполнением многочисленных поручений господина «Шута». Таким макаром она маниакально копила заслуги на обоих фронтах, отчаянно жаждая выкупить рецепт и Потустороннюю характеристику «Мага Законов», дабы наконец-то воплотить в жизнь мечту о полубожественном престоле.
Увы, на данный момент до заветной черты ей слегка не хватало и там, и там. Особенно удручающе дела обстояли в недрах самого МИ-9: без поистине эпохального прорыва надеяться на повышение было бессмысленно.
Не удерживай её щедрое казенное жалованье, богатый соцпакет и, что самое главное, привилегированный доступ к колоссальным пластам агентурных сводок, столь необходимых для закрытия контрактов господина «Шута», Сио бы уже давным-давно швырнула им заявление на стол и вернулась к вольному хлебу охотницы за головами. Уж там-то график был куда свободнее.
«На грядущей сходке Клуба Таро нужно будет непременно закинуть удочку насчет этой аномалии. Быть может, у господина „Мира“ сотоварищи найдутся хоть какие-то зацепки…» — с этими мыслями Сио решительно толкнула дверь, шагнув в помещение к своему оперативному звену.
Раскидав директивы по поводу Утопии, девушка сочла нужным особо подчеркнуть:
— Если почуете малейший леденящий душок, даже оказавшись на пороге Утопии — смело бейте отбой и уносите ноги. Тот факт, что этот призрачный полис пока ведет себя смирно, вполне может означать лишь одно: его еще просто не успели должным образом спровоцировать.
Провозившись с казенной волокитой еще какое-то время, Сио наконец-то поставила точку в этом изматывающем дне. Добравшись до родных пенат еще до половины восьмого, она благополучно разделила скромную трапезу с матушкой, братом и Форс, жадно впитывая крохи домашнего уюта и безмятежности.
Глубоко за полночь, покончив с вечерним туалетом, охотница за головами подошла к окну своей спальни и ухватилась за край портьеры, намереваясь задернуть шторы.
В этот миг её взор на чистых инстинктах скользнул наружу. Девушка с легким содроганием констатировала: багровый диск луны в заоблачной выси невесть когда раздулся до пугающих габаритов, обретя безупречную округлость. А её цвет неумолимо сгустился, всё больше смахивая на густую, пульсирующую свежую кровь.