Вслед за этим, всё так же надежно укрытая покровом невидимости, девушка абсолютно бесшумно сменила дислокацию.
Синхронно с её маневром Клейн, вальяжно восседающий над серой мглой, легонько постучал по краю изъеденного патиной длинного стола, виртуозно раздув шансы Бернадетт остаться незамеченной до максимума.
Лишь дождавшись, пока жуткий двойник Эдвардса отведет свой остекленевший взор и вкупе с остальной первобытной фауной побредет вглубь лесных дебрей, Клейн слегка свел брови на переносице и глухо пробормотал себе под нос:
— Что за леденящая чертовщина здесь стряслась?
Он кристально ясно помнил: великий император еще при жизни выжег скверну звездного неба на этом острове под корень. Но какого дьявола эти бестии до сих пор бьют поклоны неведомой сущности и творят мистические ритуалы, точь-в-точь как описывалось в самых ранних дневниковых записях?
Неужто после гибели монарха кто-то из заоблачных обитателей космоса вновь пустил сюда свои гнилостные корни? Или же объектом их благоговения выступает какой-то символ, оставленный самим Расселом? И кто эти двое лишних людей? С виду — вылитые Эдвардс и Бенджамин Авраам из тех самых осколков истории… Клейн, чей взор вяз в мутной черной дымке, окутывающей остров, был напрочь лишен возможности разглядеть объект их поклонения. Ему оставалось лишь покорно сканировать округу сквозь призму зрения Бернадетт.
Спустя какое-то время Бернадетт, опираясь на свой солидный багаж талантов в прорицании, железобетонно удостоверилась: просторная поляна окончательно опустела. Лишь тогда она вновь выудила из небытия «Незримого слугу», вооружив его «Оком Проницания».
Призрачный посланник тенью проскользнул сквозь поредевший перелесок и открытую пустошь, с параноидальной осторожностью добравшись до того самого пятачка, где только что исступленно били поклоны бестии.
Там возвышался исполинский валун, а на его вершине покоился грубо сколоченный, аскетичный алтарь из темно-красного дерева.
«Незримый слуга» заложил полукруг, зайдя к святилищу с фасада, и обнаружил лишь звенящую пустоту. Внутри не было ни статуй божеств, ни гербов, сотканных из мистических символов, ни какой-либо иной утвари.
Судя по всему, монстры этого острова истово молились тому, чего попросту не существовало в природе.
Глава 1301 «Новая жизнь»
Сквозь «Око Проницания» Бернадетт воочию узрела: нутро темно-багрового алтаря зияло абсолютной пустотой. Там не было ровным счетом ничего, кроме той самой привычной теневой завесы, что испокон веков укрывала материальную реальность.
Выудить оттуда хоть крохи пророчеств ей оказалось не по зубам. Вынужденно отведя взгляд и всецело отдавшись на откуп собственной интуиции, «Королева Мистики» велела «Незримому слуге» зашагать к противоположному краю этой открытой пустоши, где точно так же громоздились исполинские стволы первобытного леса.