Юноша на пару секунд погрузился в раздумья, после чего проронил:
— Каковы нынче расклады в мире? Взять, к примеру, внутреннюю обстановку в Империи Фейсак.
Глава 1274 Стабилизация ситуации
По глади зеркала, мерцая в зыбкой водянистой ряби, один за другим всплывали бледно-серебристые слова:
'…Надлежит принять в свои ряды Потусторонних из Церкви Бога Войны и фейсакской армии, готовых сложить оружие и присягнуть нам. Зачистке подлежит лишь та ничтожная горстка фанатиков из высших и средних эшелонов, что истово верует и жаждет принять мученическую смерть за свои идеалы. Подобный шаг — это не только проявление безграничного милосердия и всепрощения Богини, но и прагматичная, железобетонная необходимость перед лицом грядущих потрясений… Чем ближе дыхание Апокалипсиса, тем стремительнее и неотвратимее будет расти число паранормальных инцидентов по всему миру. Дабы удержать этот хрупкий баланс и не дать реальности рухнуть в хаос, нам кровь из носу надлежит форсированными темпами, любыми мыслимыми путями наращивать собственную мощь.
Вздумай мы пустить в расход всех Потусторонних Церкви Бога Войны вкупе с фейсакским офицерством, то, даже наложив лапы на их Потусторонние характеристики, мы бы ни за какие коврижки не успели за пару-тройку лет выковать бойцов аналогичного калибра с таким же богатым боевым опытом. Как-никак, и переваривание эликсиров, и банальное накопление багажа знаний требуют колоссального количества времени…'
Дочитав до этого места, Клейн мысленно запнулся, издав озадаченное «э-э…». Юноша кристально ясно осознал: этот сухой, выхолощенный тон ни на йоту не походил на привычные льстивые рулады «волшебного зеркала» Арродеса. Это до боли смахивало на сухую выдержку из официального казенного циркуляра.
«Сдается мне, эта пронырливая стекляшка выудила откуда-то чужой секретный документ и теперь транслирует его мне от корки до корки… Раз в тексте фигурирует термин „усвоение“, значит, и сам автор, и адресаты досконально владеют методом отыгрыша. А судя по интонациям, перо принадлежало кому-то из верхушки Церкви Ночи… Сплетая воедино эти два факта, вырисовывается железобетонный вердикт: передо мной директива, циркулирующая исключительно между архиепископами и старшими дьяконами. А составителем почти стопроцентно выступает Понтифик Монастыря Спокойствия… Воистину, талантам Арродеса в шпионаже можно лишь позавидовать…» — Клейн едва уловимо кивнул, терпеливо дожидаясь, пока текст на глади зеркала перелистнется на следующую страницу.
Бледно-серебристые слова стремительно таяли во мраке, тут же уступая место новым витиеватым предложениям и абзацам: