Те самые шесть гротескных силуэтов бесследно испарились. В воздухе мучительно медленно, дюйм за дюймом выкристаллизовывались разношерстные Потусторонние характеристики. От былой леденящей, трупной вони не осталось и следа — её наглухо выжег ласковый, обволакивающий жар.
— С чертовщиной покончено? — слегка замявшись, осведомился Эрик.
Клейн ответил легким, снисходительным мотанием головы:
— Отнюдь. Подлинный корень зла всё еще цел и невредим.
— Вы успели дотошно прощупать досье здешнего жильца?
Эрик без заминки отчеканил:
— Он величал себя Джоном. Слыл заядлым астрономом-любителем и души не чаял в том, чтобы по ночам сверлить звездное небо сквозь свой навороченный телескоп.
«Сверлить звездное небо…» — Клейн, ни единым мускулом не дрогнув на лице, переступил порог покоев и вскользь скомандовал:
— Прочешите тут каждый дюйм. Выверните квартиру наизнанку в поисках любых зацепок.
Одному богу известно почему, но Эрику внезапно почудилось, будто этот Мерлин Гермес до боли смахивает на того самого капитана, под чьим началом он тянул лямку на заре своей службы в «Ночных Ястребах». Суровый профессионализм, железобетонная выдержка и аура абсолютной надежности.
Командир «Красных перчаток» коротко кивнул своим бойцам, дав негласную отмашку беспрекословно повиноваться приказу.
Сам же он тенью пристроился чуть позади сыщика, благоразумно страхуя тылы и сохраняя параноидальную, въевшуюся в кровь бдительность.
Клейн, напрочь проигнорировав эту слежку, бегло окинул комнату взором. Приблизившись к тому самому изящному астрономическому телескопу, юноша слегка подался вперед, прильнув глазом к окуляру.
«Это же чистой воды самоубийство…» — Эрик уже было порывался одернуть наглеца, однако вовремя прикусил язык. Воскресив в памяти тот заоблачный калибр и подавляющую мощь, что незнакомец только что продемонстрировал, капитан благоразумно промолчал.
В эту самую секунду взору Клейна, пронзившему линзы телескопа, предстала фантасмагоричная, усыпанная бриллиантовой крошкой бездна ночного неба, где каждое светило едва уловимо, гипнотически мерцало.
Внезапно весь объектив наглухо перекрыло исполинское, гротескное око.
Тварь, казалось, намертво прижалась глазом к линзе с противоположного конца инструмента. Серо-белый белок венчал блекло-желтый зрачок, а под слизистой угрожающе бугрилась паутина вздутых кровеносных сосудов, исторгающих из себя мерзкий, полупрозрачный, сочащийся гной.
Глава 1297 Лес «чудес»
Бам!
Тело пребывающего в состоянии абсолютной боевой готовности капитана «Красных перчаток» Эрика внезапно содрогнулось. Мужчина воочию узрел, как тот самый странствующий фокусник, величавший себя Мерлином Гермесом, с оглушительным треском взорвался прямо за астрономическим телескопом.