Бьющие через край эмоции от этого благополучно пошли на спад, уступив место легкому умиротворению.
— А она… я имею в виду эту самую «Автоматическую машину желаний»… она теперь останется здесь насовсем? — с робкой заминкой поинтересовалась девушка.
Клейн с легким смешком покачал головой:
— Отнюдь.
— Быть может, она проторчит на этом пятачке дня три, а может, и того меньше. Вполне вероятно, что с первыми лучами рассвета махина попросту бесследно испарится.
— Вот только в Лету она ни за какие коврижки не канет. Кто знает, глядишь, в один прекрасный день ты вновь напорешься на неё за каким-нибудь уличным поворотом.
В голове Жасмин царил такой первобытный хаос, что распутать этот клубок мыслей ей было явно не по зубам. Девушке не оставалось ничего иного, кроме как торжественно, с глубочайшим почтением поклониться диковинному агрегату:
— Примите мою безмерную благодарность, господин «Автоматическая машина желаний».
Вслед за этим она отвесила не менее учтивый поклон и самому Клейну:
— Премного благодарна и вам, мистер Гермес.
Не успели эти слова сорваться с её губ, как в памяти Жасмин ослепительной вспышкой воскресла давешняя оговорка мага. Разрываясь между жгучим предвкушением, бьющим через край восторгом и донельзя неловким смущением, она робко уточнила:
— Вы упоминали, что лимит — целых три желания?
— Истинно так, вот только аттракцион невиданной щедрости окончен. За последующие чудеса придется отстегивать звонкую монету, — ни на йоту не смутившись, невозмутимо отозвался Клейн.
Глава 1313 Третье желание
Услышав это, Жасмин почувствовала бьющее через край волнение, однако на душе всё еще скребли смутные сомнения:
— И какую же цену мне придется за это заплатить?
В её картине мира тот факт, что первая попытка обошлась даром, совершенно не гарантировал подобной щедрости при последующих просьбах.
Клейн привычным жестом поправил высокий цилиндр на голове и с легкой улыбкой отозвался:
— Та самая брошенная монета в один пенни и есть цена. Как, впрочем, и те неотвратимые метаморфозы, с которыми тебе предстоит смириться после исполнения заветной мечты.
Жасмин, с горем пополам уловив суть сказанного, кивнула. Отбросив прочь последние крупицы нерешительности, девушка сунула руку в карман пальто, отчаянно надеясь нащупать там хоть парочку медяков и благополучно завершить таинство.
Увы, карман зиял гулкой пустотой. Если вынести за скобки сиротливо скомканный носовой платок, там не было ровным счетом ничего.
Затянувшееся на долгие месяцы добровольное затворничество в четырех стенах привело к тому, что она уже целую вечность даже не держала в руках звонкой монеты.