— И именно в этой крошечной бреши зарыт наш подлинный, железобетонный шанс на успех.
Глава 1286 Новое применение старого метода
Подлинный шанс… Услышав это, Паша, Байерс и Фил почувствовали, как их сердца радостно екнули. Казалось, после долгих, изматывающих блужданий в кромешной мгле они наконец-то узрели первый луч надежды.
— Какой еще шанс? — на одном дыхании выпалил Рой, только-только стряхнувший с себя оцепенение.
Клейн же благоразумно не стал пороть горячку и с легкой улыбкой отозвался:
— Неужто вы так ничего и не уловили?
— В этих декретах зияет колоссальная брешь: там ни словом не обмолвились, кто именно наделен властью вершить правосудие.
В своей прошлой жизни, будучи диванным экспертом во всем на свете, он частенько хвастался своим широким кругозором. К тому же, за время скитаний в этом мире юноша успел свести знакомство с целой прорвой адвокатов, да и в его арсенале марионеток когда-то числился «Граф Грехопадения». Так что в крючкотворстве и жонглировании законами сыщик разбирался весьма недурно.
«А ведь и впрямь, в манифесте поминается лишь некий новоиспеченный консул, а вот кто именно будет бить по рукам — ни слуху ни духу… Нас-то до этого прессовал какой-то незримый палач…» — Паша вкупе с остальными переглянулись, и на их лицах проступила глубокая задумчивость.
Узрев эту реакцию, Клейн плавно провел ладонью по глади «волшебного зеркала», словно ласково поглаживая покорного питомца:
— В заурядных реалиях каждый обыватель железобетонно уверен, что закон блюдут полицейские да казенные Потусторонние. Это право зиждется на целом своде писаных правил и въевшемся в подкорку общественном договоре. Вот только нынешний диктат до такой ювелирной строгости явно не дотягивает.
— Если бы эти зияющие лазейки латались старыми, привычными кодексами, то стоило бы нам преступить черту, как на горизонте тут же нарисовались бы констебли, «Ночные Ястребы» или «Уполномоченные Каратели». Но на деле мы этого в упор не наблюдаем.
— А значит, роль карающего меча здесь до одури размыта.
Паша, будучи самой подкованной и эрудированной в этой четверке, погрузилась в недолгие раздумья, после чего проронила:
— Быть может, сам палач — это нечто эфемерное, абстрактная концепция? А то и вовсе эта власть по умолчанию делегирована тому самому новоявленному консулу.
— Второй вариант звучит столь же притянуто за уши. Консул-то кто? Личина его наглухо сокрыта, а при таком раскладе этот титул может нацепить на себя первый встречный. Что же до первого варианта, то здесь налицо грубое пренебрежение обязанностью уведомить массы… — Клейн парировал с бритвенной лаконичностью.