Сквозь эту водянистую пелену на серебряной амальгаме проступило кристально четкое отражение той самой казенной доски объявлений.
Аккурат под изначальным белым листом, словно из ниоткуда, вырисовались два свежих, дописанных пункта:
'Любые акты возмездия и правосудия вольны вершить исключительно «Латунная книга Трэнсоста» либо лица, наделенные её прямым дозволением.
Ни один негласный уговор не смеет возвышаться над буквой официального закона'.
«„Латунная книга Трэнсоста“… Выходит, так и звучит полный титул артефакта „0–02“? Вот он, идеальный шанс!» — лицо Клейна вмиг налилось свинцовой суровостью, и юноша не раздумывая провалился в глубокую медитацию.
Он виртуозно припер «0–02» к стенке, вынудив её прописать палача, с одной-единственной целью: выпотрошить как можно больше зацепок и досконально прощупать подноготную этой леденящей душу Запечатанной реликвии.
Опираясь на собственные выкладки, сыщик железобетонно подозревал: «0–02» так или иначе намертво повязана с одним из «сефиротов». Прямо как он сам в те былые времена, когда еще не наложил лапы на полный контроль над «Замком Истока».
А значит, любая попытка копнуть поглубже и раскусить её тайны неминуемо спровоцирует обратный удар — фатальную скверну, которая проложит между ними незримые, мистические узы.
Если препарировать суть, то любой «сефирот» — это знак равенства с «Великими Древними», «Внешними божествами» и тем самым гибельным «космосом»!
Именно оседлав этот зубодробительный пласт оккультных знаний, Клейн в свое время виртуозно запеленговал Темного Демонического Волка Котара. Нынче же он вознамерился провернуть тот же фокус, но уже задом наперед.
В его картине мира уровень порчи, разъедающей «0–02», на голову превосходил его собственный. Как-никак, артефакт уже демонстрировал явные признаки фатального срыва, отчего и нуждался в столь параноидальных печатях.
При таком раскладе стоило лишь чуть глубже вникнуть в её природу, как сокрушительная скверна неминуемо обрушилась бы следом.
Суровые реалии доказали: его гипотеза била точно в яблочко!
Именно из-за этой леденящей угрозы юноша благоразумно утаил свежие откровения, высветившиеся на амальгаме «волшебного зеркала» Арродеса, от той четверки бедолаг.
Барахтаясь в медитативном трансе, Клейн молниеносно почуял, как между ним и некими координатами натянулась незримая струна, по которой ревущим водопадом хлынула гротескная, не поддающаяся описанию скверна.
Дзинь!
Резким щелчком подбросив ввысь золотой соверен, сыщик виртуозно зачерпнул эманации «Замка Истока», дабы наглухо обрубить эту связь и воздвигнуть монолитный щит от порчи.