— Покуда я томлюсь в ожидании слушаний, не сочтете за труд выудить для меня парочку томов из публичной библиотеки?
— Хм, скажем, «Общественные течения и феномен образования»…
В эту самую секунду лица обоих констеблей вытянулись в глухом недоумении, густо замешанном на, скажем так, искреннем благоговейном восхищении.
…………
Восседая в самом конце изъеденного патиной длинного стола, я безмолвно внимал докладу мисс «Суда» о тех самых похождениях в Утопии.
Дождавшись, пока она поставит точку, я обвел собравшихся тяжелым взором и проронил низким, хрипловатым баритоном:
— Всё это — не что иное, как ритуал.
Вполне предсказуемо, взор мисс «Суда» мгновенно остекленел от легкого ступора. Синхронно с этим я спинным мозгом почуял, как «Повешенный» Элджер вкупе со «Справедливостью» Одри скрестили на мне свои пытливые, полные жгучих догадок взгляды.
В эту самую звенящую секунду мне не составило бы ни малейшего труда прочесть их мысли как раскрытую книгу:
Они почти стопроцентно грешным делом заподозрили, что этот спектакль — таинство возвышения на первую Последовательность самого «Мира» Германа Воробья. Вот только благодаря кулуарным дискуссиям в Клубе Таро они давным-давно зарубили себе на носу железобетонную аксиому: покуда на престоле восседает истинное божество нулевой ступени, о первой Последовательности не может быть и речи.
На сей счет я загодя подстелил соломку, выковав безупречный ответ: стоило лишь предложить им воскресить в памяти Древнего бога Солнца вкупе с Его октетом Королей Ангелов, как все зияющие бреши в логике захлопнулись бы сами собой.
Какая досада, но ни один из них так и не решился озвучить свои сомнения. Быть может, на них уже снизошло озарение касательно Королей Ангелов, а может, они резонно рассудили, что вся эта утопическая чертовщина — лишь виртуозный ритуал для дальнейшего, глубинного пробуждения самого господина «Шута».
…………
Я устремил тяжелый взгляд на эту погруженную в безмолвное оцепенение, сказочно прелестную деву. Тщательно взвесив слова, я закинул удочку:
— Мисс Трисси, где нынче обретаются ваши батюшка с матушкой?
— Они давно покинули этот мир… — её голос прозвучал до одури эфемерно и призрачно, словно душа этой ослепительной девы витала где-то запредельно далеко от полицейских застенков.
Понурив голову, я сноровисто занес эти крохи в протокол и продолжил допрос:
— Другая родня в наличии имеется?
Незнакомка плавно повернула голову, скользнув нечитаемым взором за окно, и небрежно бросила:
— Ни единой души…
Мы с напарником многозначительно переглянулись, после чего я слегка повысил градус громкости: