Этот факт заставил Одри поверить ему на чистых инстинктах. Сердце аристократки свинцовым камнем ухнуло вниз, а душу затопила дикая смесь глухой паники и нервной, судорожной растерянности.
Впрочем, помимо этого первобытного ужаса, она внезапно ощутила, как былая растерянность стремительно отступает. До Конца света остался жалкий десяток лет с небольшим! В конце концов, даже утопающий до последнего рвет жилы, отчаянно барахтаясь в пучине. Что уж говорить о полубоге четвертой Последовательности в самом расцвете сил и в абсолютном здравии?
Апокалипсис… Будучи кардиналом Церкви Повелителя Бурь, «Повешенный» Элджер за последнее время перелопатил немало пророчеств о Конце света. Но разве можно было сравнить те вилами по воде писаные байки с тем свинцовым, монументальным предостережением, что только что выдал «Мир» Герман Воробей? Ударная волна от этих слов превосходила любые замшелые тексты на мириады порядков.
Синхронно с этим моряк виртуозно выхватил одну критическую деталь: «Мир» прямым текстом заявил, что даже истинные божества неминуемо обратятся в прах.
Первой мыслью Элджера было то, что Герман Воробей допустил вопиющую дерзость в адрес господина «Шута». Ведь Владыка тоже по праву числился божеством!
Впрочем, пират тут же безжалостно отмел эту крамольную догадку. Как-никак, «Мир» был прямым благословенным господина «Шута», Его самым истовым и фанатичным прихожанином. Спору нет, прочие резиденты Клуба Таро нет-нет да и могли в порыве дискуссии случайно, по неосторожности обронить словечко, граничащее со святотатством, но чтобы подобный фортель выкинул суровый авантюрист — это было физически немыслимо.
Опираясь на два этих железобетонных постулата — абсолютную почтительность Германа Воробья к Владыке и его заявление о неминуемой гибели богов — «Повешенный» Элджер молниеносно выковал совершенно иной вердикт:
В картине мира самого «Мира» Германа Воробья статус господина «Шута» на голову превосходит эшелон истинных божеств!
Невероятно… Элджер отродясь не ставил под сомнение кругозор Германа Воробья. В конце концов, этот мастодонт регулярно водил тесные знакомства с самими ангелами.
Подобное ослепительное озарение повергло моряка в пучину искреннего шока и глухого недоумения. Нащупать хоть сколько-нибудь более логичное объяснение ему было банально не по зубам.
Опираясь на кровь «Змея Судьбы» при возвышении до полубога, «Отшельник» Катлея, чья стезя нынче соответствовала третьей Последовательности и носила титул «Мастера Пророчеств», тоже нет-нет да и видела в грезах обрывки леденящих душу сцен Апокалипсиса. Приплюсовав к этому регулярные, прозрачные намеки от «Королевы Мистики» Бернадетт, девушка совершенно не испытала ни шока, ни оторопи от недавних откровений господина «Мира». Напротив, на нее снизошло щемящее чувство, будто клубящаяся в воздухе пыль наконец-то покорно осела на землю.