— И даже очень, — позволив себе последний смешок, Гарри закрыл глаза. — Забавно, что я пришел сюда в поисках союзника, который мог бы помочь с долгосрочным планированием, но едва ли я ожидал… такого. Возможно, даже у меня с прогнозированием рисков и долгосрочным планированием все лучше, уж извини.
— Прости, — поморщился Синграх, — в следующий раз такого не повторится. Кажется, моя недостаточная осведомленность о тонкостях британского силового аппарата сыграла с нами злую шутку. И с Краучем-младшим тоже, конечно. Я слишком зациклился на том, каким Аврорат был во времена, когда его отец был у штурвала.
— В следующий раз? — переспросил Гарри. — Мы ходим вокруг да около, Синграх. Я пришел, чтобы предложить сотрудничество. Мне нужны союзники в том, что грядет.
— Я хотел бы стать твоим союзником, — перебил его банкир, — но именно твоим, Гарри, а не чьим-то еще. Я не заинтересован в том, чтобы престарелый Дамблдор вновь оказался главой тех сил, что противостоят Волдеморту и… Слушай, я просто хотел бы, чтобы этим человеком был ты. Едва ли у кого-то в будущем будет больше влияния внутри Британии, чем у Гарри Поттера, дважды победителя Волдеморта, а правильный человек сможет… вернуть страну в правильное русло.
— Лучше бы договорил, — Гарри вздохнул. — Я знаю о сотрудничестве Волдеморта и Верхета. Они сотрудничали до восемьдесят первого, глупо было бы предполагать, что сейчас они решат действовать отдельно друг от друга.
Удивленно приподняв бровь, Синграх кивнул:
— Да, Гарри, ты и впрямь осведомлен лучше, чем я думал. И какие у тебя мысли по поводу происходящего?
— Мысли? — Гарри переспросил, пожимая плечами. — Хороших примерно ноль, а какие должны быть?
— Объективные, желательно, — банкир вздохнул, переводя взгляд сначала на окно, а потом на картину. — Думаю, я должен признаться сразу, но… я не смогу принять активное участие в каких-либо мероприятиях, которые так или иначе будут связаны с нашим общим делом.
— Тогда… — Поттер нахмурился, — в чем смысл от такого сотрудничества?
— К сожалению, Гарри, — вздохнул Валье, — тот факт, что я являюсь вампиром, мой возраст и должность, которую я занимаю, накладывают на меня определенные обязательства и… ограничения, которые я не вправе переступить. Если бы я решил воплотить свою идею в реальность, заключить полноценный союз и вступить в открытое противостояние, то едва ли это обошлось бы без серьезных последствий, оценить которые даже я не в состоянии.
— Это самое непонятное объяснение из всех возможных.
— Я вхожу в число тех высших вампиров, что заключили сделки с магическим правительством Швейцарии о недопустимости прямого вмешательства в политические и военные процессы внутри Магической Европы ради сохранения нейтралитета. Именно так я сумел сохранить должность и даже ворваться в высшие круги, пусть и в обмен на некоторые жертвы. Даже инцидент с Краучем-младшим поставил меня на грань, если уж быть честным, и я не рассказал бы подробности тебе, не чувствуя необходимости доказать свою искренность. Тем не менее, вопрос с ограничениями остается в силе, поэтому я… хотел бы действовать через прослойку.