— Да-да… да, извини, — отступила на шаг Ирен, слегка улыбаясь и провожая сбегающую по лестнице девушку печальным взглядом.
Эмма уже выучила этот путь. Она знала наизусть все пятьдесят девять ступеней винтовой лестницы, ведущей в темницы, заложенные еще при строительстве дома в четырнадцатом веке.
Если поначалу употребление крови было неразрывно связано с уверенностью в том, что человек, оказавшийся в темнице, заслужил свою участь, то со временем это перестало иметь значение. Более того, Эмма сознательно отказалась от мыслей об этом: она знала, что окончательно сойдет с ума, если будет круглосуточно думать еще и об этом, а потому попросту… перестала спрашивать у Синграха, кто находится в кандалах.
Ступеньки закончились, и Эмма вышла в просторный коридор с невысоким потолком, расстояние от которого до макушки ее головы составляло не более трех дюймов. Сухое и чистое помещение, по обеим сторонам которого были расположены клетки. Двадцать две отдельных небольших клетки с зачарованными решетками, которые во времена инквизиции использовали для заточения магглов, теперь служили лишь одной цели.
Добравшись до последней камеры, с двух сторон ограниченной каменным фундаментом, Эмма толкнула решетку и зашла внутрь, стараясь не смотреть на закованную в кандалы молодую девушку, смотревшую на нее исподлобья полным ужаса взглядом.
В былые времена она попыталась бы извиниться. Наверное, произнесла бы что-то слезливое, надеясь, что это оправдывает ее. Те времена давно прошли. Эмма не смирилась с происходящим, но привыкла к нему. Коснувшись языком длинных клыков, она с безразличием встретила отчаянный взгляд прислонившейся спиной к каменной стене девушки, и резким, нечеловечески быстрым движением потянула ее вверх, одновременно с этим впиваясь острыми зубами в открытую шею, на которой под тонкой кожей билась жилка артерии.
***
Эмма Валье опоздала. Опоздала сильно, на целый час, и оттого досада подстегивала ее, когда она прошмыгнула мимо домовых эльфов, то и дело пересекающих огромный коридор принадлежащего Борра замка. Конечно, у нее было оправдание: употребление крови после такого долгого перерыва просто-напросто вышибло землю у нее из-под ног, и после осушения она свалилась прямо в темнице, не сумев удержать уплывающее в никуда сознание.
Очнулась она лишь после обеда, и еще несколько часов продремала на диване в одной из гостиных поместья Валье. Лишь проснувшись, она узнала от Фриббеля о том, что Ирен подготовила для нее наряд, но сама чета Валье уже отбыла на встречу. Наспех приняв душ и собравшись, Эмма выскочила из поместья и уже через несколько минут прибыла к Борра.