Вивьен, равно как и Дафна, понятия не имела, как именно сформировалась такая компания, но факт остается фактом. Наверное, единственным препятствием на пути к счастью у Астории было лишь ее проклятие. То самое проклятие, шансов на излечение от которого у тринадцатилетней девочки практически не было, несмотря на то, что Дафна запрещала даже обсуждать это, продолжая изучать книги по колдомедицине и доступные ей книги, описывающие долгосрочные последствия ритуалов.
Конечно, Вивьен понимала горе своей лучшей подруги, уважала ее стремления, ее неугасающие надежды, но все же… допускала, что ничего не получится.
Возможно, именно сейчас Астория Гринграсс проживает лучшие годы своей жизни, быть может — последние беззаботные времена, ведь приступы становятся все тяжелее.
Именно поэтому Вивьен уже месяц занималась сдерживанием Дафны, не позволяя той оградить младшую сестру от «нежелательной активности». Нет, если подумать, то активность и правда странная — они с Лавгуд помогали леснику Хагриду, гуляли рядом с Запретным лесом, сражались на дуэлях (Дафна постоянно порывалась забрать сестру из дуэльного клуба), а теперь еще и ошивались рядом с каретой Шармбатона.
Вивьен было стыдно признаваться себе в этом, но ей самой не хватало хотя бы какой-то доли этой беззаботной активности — того, чего она всегда была лишена, стоило ей осознать значимость ее фамилии.
Sanctimonia vincet semper.
Чистота всегда одержит победу.
Девиз, который был вбит ей в разум, наверное, с пеленок.
Вот только чистота чего? Крови? Вивьен никогда не говорила об этом вслух, но она готова была поспорить насчет этого — всего два поколения назад род Малфоев избавился от многолетнего кровного проклятия, которое обрекало представителей рода Малфой на всего одного ребенка, так разве их кровь можно считать такой уж «чистой»? Или та ветвь их рода, что осталась во Франции когда-то и со временем выродилась, лишившись магии — в их венах течет та же кровь, что и в венах Вивьен. Считается ли их кровь чистой с таким родством?
Она всегда знала свое место. Видела, как тихо реагирует мать на пафосные речи мужа, как загораются глаза брата, стоит ему услышать о «величии рода». Самой Вивьен была уготована та же участь, что была уготована ее матери когда-то — ее выдадут замуж за представителя удобной семьи — удобной политически, кровно или репутационно. Разумеется, ее мнение тут не будет играть никакой роли — никто ее даже не спросит, как не спросили ее мать когда-то.
Так будет и у Дафны, которой явно еще тяжелее найти достойного супруга. В отличие от Вивьен, чье влияние на род Малфоев было максимально незначительным, Дафна была старшей из двух дочерей.