«Мистер „Дверь“ всякий раз в полнолуние истошно надрывается, вопя „спасите-помогите“ — воистину, позор на седины Королей Ангелов… Впрочем, пусть это и банальная мольба о подмоге, для меня она всё равно звучит как леденящий душу, невыносимый кошмар…» — пустив пару мысленных шпилек, Форс принялась лихорадочно прикидывать: то ли благоразумно прикинуться глухой, дождаться, пока духовность окончательно устаканится, освоить арсенал «Мастера тайн» и навести мосты лишь в следующий раз, то ли рискнуть и перекинуться с Ним парой слов прямо сейчас.
Внезапно этот доносящийся из немыслимой, заоблачной дали истошный зов оборвался. Округу затопила звенящая, мертвенная тишина.
Спустя пару-тройку томительных секунд прямо в её рассудок ворвался призрачный, но безжалостно пронзающий духовное тело насквозь голос:
— Ты пустила в ход Потустороннюю характеристику, принадлежавшую кому-то из Авраамов.
Эта фраза прозвучала до одури ровно, напрочь лишенная малейших эмоций или интонационных всплесков, однако у Форс от нее на висках судорожно вздулись вены. Белки глаз мгновенно налились густой кровавой сеткой, а плоть ослепительно полыхнула первобытным звездным сиянием.
Девушка балансировала в жалком волоске от фатального срыва.
— Кто вы такой? — титаническим усилием воли собравшись с духом, намеренно закинула удочку писательница.
Тот самый голос, что исподволь, шаг за шагом подталкивал её в пучину потери контроля, ответил низким смешком:
— Можешь величать меня мистером «Дверь».
— Сдается мне, мое имя тебе прекрасно ведомо.
Этот мастодонт, Король Ангелов из Четвертой Эпохи, рубил сплеча, кристально ясно давая понять: Он раскусил ту незримую связь, что позволяла Форс улавливать Его «бред полнолуния».
«…Да я тебя в свой новый роман впишу в качестве главного злодея!» — в сердцах скрипнув зубами, мысленно огрызнулась девушка, после чего вслух осведомилась:
— Достопочтенный мистер «Дверь», вы и есть тот самый пращур династии Авраам, Его Высочество Бетель?
Голос, пробившийся сквозь мириады незримых барьеров, вновь обрел былую, ледяную безмятежность:
— Истинно так.
— А ведомо ли вам, что эти самые мольбы о помощи ввергли весь ваш род в леденящий кошмар проклятия, тянущегося добрую тысячу лет? Из-за вас в их рядах нынче днем с огнем не сыщешь ни одного «Путешественника», да что там — даже «Архивариуса»! Бедолаги неминуемо мутируют в гротескных бестий в ночи полнолуний или в момент возвышения! — Форс нутром чуяла, что тянуть кота за хвост и вести долгие светские беседы с мистером «Дверь» — смерти подобно, ибо процесс потери контроля зайдет в необратимое пике. А потому она без малейших расшаркиваний выкатила на стол тот самый, наиболее животрепещущий для Авраамов вопрос.