Повернув за угол, она увидела, как дверь впереди распахнулась, и на пороге появился Люк.
— Хел! — его лицо на мгновение осветилось радостью, но тут же померкло. — Что случилось?
Хелена остановилась, ошеломлённая тем, как быстро он всё прочитал по её лицу. Потом заметила, что он смотрит вовсе не в глаза — а на её одежду.
Она опустила взгляд. На ней всё ещё были запёкшиеся пятна крови.
Из комнаты за спиной Люка вышли Сорен и Лила — оба в полном вооружении. Паладины больше не позволяли себе расслабляться: после того, что случилось с Аполло, для Принципата не существовало безопасных мест.
— Это не моя кровь, — сказала Хелена. — Дежурство в госпитале. Только что закончила смену.
— О, ну слава богу, — Люк выдохнул с облегчением, но было видно, что мысли его уже далеко. Он взял её за плечи. — Ты слышала новости?
В его голосе звенела энергия, глаза сияли.
Хелена не помнила, когда в последний раз видела его таким.
— Мы отбили торговый район. А значит, к лету должны выйти к портам!
— Правда? — попыталась она придать голосу бодрости.
Если бы Сорен не упомянул раньше, что битву признали успешной, она бы решила, что ослышалась. Конечно, стратегически это имело значение. Городские сражения — самые трудные: уровни, сектора, зоны — всё переплетено, удары могут прийти с любой стороны. Захватить такой большой район — выдающееся достижение.
Но как можно называть победой бой, в котором погибли столько людей?
И всё же — порты означали еду, ресурсы, лекарства. Всё, чего им не хватало месяцами. Контрабанда из Новиса только чуть смягчала дефицит. Если они получат порты до лета, кризис можно будет переломить.
— У нас теперь есть новый трюк, — сказал Люк снова улыбнувшись . — Знаешь те кусочки лумитиума, которые остаются после сожжения личей и Бессмертных? Если вырвать его, они погибают. И все их некротраллы вместе с ними.
Хелена удивленно посмотрела на него.
— Как вы это поняли?
До сих пор единственным надёжным способом уничтожить Бессмертных было сжечь их настолько быстро и сильно, чтобы они не успели регенерировать. Но горящие мертвецы часто кидались прямо в ряды своих противников. Поэтому у всех было столько ожогов.
— Услышали слух и решили проверить, — усмехнулся Люк. — Лила первой попробовала. — Он кивнул на неё через плечо. — Мы собираемся отпраздновать. Только свои. Переоденься и пойдём с нами?
«Нет» застряло у неё в горле.
Она знала, что должна отказаться. Но ей не хотелось оставаться одной со своими мыслями.
И как же хотелось хоть ненадолго увидеть Люка счастливым.
— Я… — начала она, но заметила, как Сорен, стоявший позади, едва заметно покачал головой.