— Как... ты? — выдавила она наконец в отчаянной попытке, а потом сама же поморщилась: вопрос был глупый.
— Нормально, — ответил он.
Она моргнула, опустив взгляд на свои руки.
— Ты женат.
Он весь напрягся, и она увидела, как он вдохнул.
— Да. На Аурелии Ингрэм.
Она кивнула. Неясно почему, но именно эта деталь не отпускала. Каина она никогда не представляла себе мужем — во всяком случае, не таким. И всё же мысль о том, что у него теперь есть жена, прочно застряла у неё в голове. А значит, она тогда...
Она не знала, кем была. Была ли вообще чем-то.
— Этого потребовал Морроу, — сказал он, хотя она больше ничего не спросила. — Собранию гильдий нужно было громкое событие, доказательство, что всё снова пришло в норму. У меня не было выбора.
Она снова молча кивнула.
— Я... — Он оглянулся на неё, будто собирался добавить что-то ещё, но в итоге замолчал.
Пространство между ними казалось пропастью, заполненной каждым грехом, который они успели совершить друг против друга, но даже на таком расстоянии она чувствовала его злость.
Что бы он ни говорил, она знала: он злится на неё.
— Ты можешь теперь ездить? — спросила она. — Ты говорил, что много раз бывал в Хевгоссе.
— Да.
Она стала теребить пальцами край простыни.
— Тогда... когда всё здесь закончится, ты... ты тоже поедешь на юг?
— Лила испытывает ко мне довольно устойчивую ненависть.
Она ждала продолжения. Мы же должны были сбежать вместе. Ты обещал.
Он снова взглянул в темноту за окном.
— Если повезёт, я не задержусь в Паладии надолго и после этого.
— То есть ты приедешь... потом? — Голос у неё дрогнул надеждой.
Ей казалось невозможным что-либо исправить внутри удушливых стен Спайрфелла, но если уехать куда-то далеко, может быть, всё ещё можно будет собрать заново. В конце концов, однажды они уже нашли друг друга. Со временем можно было бы попробовать снова.
Его глаза блеснули, и на губах на короткий миг мелькнул изгиб.
— Если ты этого хочешь.
Это прозвучало как ложь.
ГЛАВА 67
Maius 1789
ВРЕМЯ НЕ ИСЦЕЛЯЕТ ВСЕХ РАН, но для разума Хелены оно всё же значило многое. С каждым днём воспоминания будто оседали, понемногу складываясь хотя бы в подобие порядка.
Постепенно она вспомнила, как обманула Каина, и наконец поняла, почему с самого момента её появления он был так болезненно подозрителен. Почему проверял её сознание, желая знать даже о самых ничтожных занятиях.
Однажды он уже недооценил её. Теперь больше не недооценит никогда. И всё равно продолжал ей лгать.
Она подозревала это и раньше, но теперь ей было трудно доверять и собственному суждению, и собственной трактовке чего бы то ни было. Провалы были разбросаны по всему её сознанию. Мысли всё ещё судорожно отворачивались от выводов, а разум по привычке не замечал того, чего в нём не хватало. И всё же с течением времени её уверенность в его лжи становилась только крепче.