Она подошла к столу у окна — на нём лежала аккуратная стопка бумаг.
Хелена подняла верхний лист, поднеся к свету, пытаясь разглядеть следы письма — не отпечатался ли текст Феррона на нижних страницах. Бумага оказалась плотной, чистой. На поверхности стола серебряные узоры — листья и лозы, идеально врезанные в дерево. Работа мастера-серебряника.
Стол был безупречен — резкий контраст с паутиной, что оплетала железные решётки в остальной части дома.
Она отошла, напряжённая, осознавая, что оказалась в комнате, куда ей явно нельзя было входить. Вернуться она не осмеливалась, а если Аурелия её поймает — хуже не придумаешь.
Но что сделает Феррон? Убьёт за вторжение?
Наверное, нет. Но он знал слишком много способов наказать, не называя это пыткой.
У Хелены пересохло в горле.
Она всё ещё не понимала, что такое перенос сознания, о котором все говорили. Никто толком не объяснял, что Феррон собирается с ней делать.
Можно было только догадываться — по словам Шисэо. Но ведь именно Хелена спасла генерала Баярда, когда его ранило. Она тогда пошла на всё, исцеляя разрушенные ткани мозга. Когда он выжил, все говорили о чуде — о руках, благословлённых Солнцем.
Хвала закончилась, когда Баярд очнулся. Он стал как ребёнок. Огромный, сильный генерал с разумом малыша. Блестящий стратег, который теперь не мог даже найти дверь без посторонней помощи.
Хелена спасла его тело — и поняла, что разум — совсем иное.
Она пыталась вернуть его долгие годы, тщетно.
И где-то в глубинах её памяти всплыла Элейн Бойл — с исцелением, с процедурой, которую потом применили и к самой Хелене.
Теперь Бессмертные узнали об этом.
Щёлкнул замок.
Феррон вошёл, ослабляя ворот рубашки.
Остановился, увидев её.
— Что ж, — сказал он. — Вот уж чего я не ожидал.
ГЛАВА 5
Хелена молчала.
Она не имела ни малейшего представления, чего ожидать или что делать, поэтому наблюдала за Ферроном, как загнанное в угол животное.
Его взгляд скользнул от неё к двери.
— Полагаю, тебя привела Аурелия, — сказал он устало. — Пора, видимо, начинать.
Он подошёл ближе. Хелена напряглась, но Феррон прошёл мимо неё к шкафу и резко распахнул дверцу.
Судя по всему, он вовсе не вёл аскетичный образ жизни. Внутри шкафа стояла целая полка графинов. Он схватил один, налил себе несколько пальцев янтарной жидкости и сделал долгий глоток, не сводя с неё взгляда. Его глаза поднимались медленно, сканируя её тело, пока взгляд не достигал пола, а затем постепенно поднимался вверх.
Когда он дошёл до её плеч, внимание угасло. Он посмотрел на бокал, тихо вздохнул, будто всё происходящее было для него лишь досадной обязанностью.