Она была сделана из железа, грубо выкованного вручную, без алхимии, что означало — металл, скорее всего, инертный, не поддающийся трансмутации. Хелена коснулась его, чувствуя шероховатую поверхность — такую небрежность настоящий алхимик себе не позволил бы.
На полу дальше что-то привлекло её внимание.
В древесине был вырезан алхимический круг. Самый большой из тех, что она когда-либо видела.
Трансмутационные круги часто использовались просто как схемы, чтобы зафиксировать процесс, но применялись и для самой трансмутации, если она была слишком сложной для манипуляций чистым резонансом. Любая алхимизация требовала стабилизирующего круга. Именно запатентованные круги позволяли гильдиям производить алхимические изделия в промышленных масштабах.
Хелена никогда не видела ничего столь сложного, как узор, вырезанный на полу Спайрфелла. Внутри внешнего круга было девять меньших, образующих девять точек — не небесную восьмёрку и не элементальную пятёрку.
Каждый внутренний круг был покрыт множеством символов, сходящихся к концентрическим линиям в центре.
Это явно был не массив для железной кузницы — символы и линии совсем не подходили ни для какого вида изделий из железа.
Свет продолжал мигать. Хелена опустилась на колени, чтобы рассмотреть узор внимательнее.
Алхимики часто использовали уникальные символы, чтобы защитить свои открытия от тех, кто не имел должной подготовки и преданности тонким искусствам, но алхимическая энергия всё же тяготела к определённым узорам. Учёный с широкими знаниями и достаточным опытом обычно мог их расшифровать. Это было похоже на чтение стенографии: если основы присутствовали, образованный алхимик мог вывести смысл с помощью разума.
Она провела пальцами по линиям, стараясь представить, как течёт резонанс.
Позади раздался щелчок и скрежет.
Она обернулась — и увидела силуэт Феррона, заполняющий дверной проём.
ГЛАВА 11
Хелена знала, что её вот-вот вытащат из комнаты, но вместо того чтобы встать, она вновь обратилась к кругу, желая разгадать хотя бы часть его смысла.
Её жизнь и без того была сплошной непостижимой загадкой.
Однако, вместо того чтобы силой вывести её из комнаты, Феррон подошёл и встал рядом, наблюдая, как она пытается разобраться в символах на полу. Потерпев неудачу с одним, она перешла к следующему, потом к ещё одному. Только через минуту поняла — все они были тщательно испорчены, чтобы скрыть любое свидетельство того, какими были изначально.
Неразрешимые головоломки, казалось, были её судьбой.
Она подняла взгляд на Феррона, смирённо.
Он смотрел на неё с гневом : — Впечатляет, насколько ты упорна в своём стремлении быть трудной.