— А ты ожидал чего-то другого? — небрежно пожала плечами она.
Он не ответил, но вокруг его глаз обозначилось напряжение, под которым чувствовалась сдерживаемая ярость.
Хелена смотрела на него спокойно, достаточно, чтобы увидеть, что под поверхностью — море кипящей злобы. В этой комнате было что-то, что он особенно не переносил. Если повезёт, может, он сорвётся и свернёт ей шею.
Она перевела взгляд на клетку.
— Держишь многих в клетках, Феррон?
Его челюсть сжалась, кадык дрогнул, когда он сглотнул.
— Только тебя, — сказал он, оглянувшись на вычурное железное убранство своего родового дома. — Разве ты не заметила?
Хелена презрительно скривила губы и встала. Она надеялась задеть его, но он уже всё понял. Лучше вести себя спокойно, чтобы он просто оставил её в покое.
Она вышла в главный холл, ожидая увидеть некротралла, как обычно, стоящую спокойно и безмолвно. Но женщина находилась по ту сторону зала — её затуманенные глаза были широко раскрыты, словно от страха. Губы некротралла шевелились, беззвучно произнося что-то, пока она смотрела на Феррона.
Каин, — поняла Хелена. Женщина повторяла имя Феррона снова и снова.
Феррон резко махнул рукой, и женщина убежала.
Хелена смотрела, как она исчезает, испытывая смутное чувство вины: — Не тронь её.
— Она мертва, — прохладно ответил Феррон, захлопывая дверь. Она услышала, как замок щёлкнул изнутри, а затем железо в стене заскрипело, исказилось. Дверь не откроется для того, у кого нет железного резонанса. : - Ей нельзя причинить вред .
Он сказал это почти легкомысленно, но Хелена подозревала, что ему не так уж безразлично, как он пытается показать.
Хелена обернулась к нему : — Зачем их держать ?
Он пожал плечами.
— Сейчас трудно найти хороших слуг.
Её взгляд сузился : — Как давно у тебя они?
Улыбка растянулась по его лицу.
— Хочешь пару себе? Сомневаюсь, что некромантия тебе подойдёт.
Она подняла подбородок, смотря на него с вызовом.
— Ты увиливаешь от вопроса.
Его глаза мелькнули, но он покачал головой.
— Я реанимировал так много, что уже не считаю. Итак, ты закончила в этом крыле, или всё ещё надеешься найти тут какое-нибудь оружие?
Она не стала поддаваться на провокацию; на неё такой приём не работал, пока она была под действием таблеток. Обычно он был настолько прямолинеен, что было интересно поймать его в уклончивости.
— Я думала, мне разрешено заходить в любые незапертые комнаты. Аурелия не запрещала мне никуда ходить, только просила не попадаться на глаза, — ответила она.
— Что ж, — сказал он, обхватив пальцами ее поясницу и решительно оттолкнув от уже покоробившейся двери. — Сомневаюсь, что Аурелия сильно расстроится, если тебя постигнет неудачный конец . Это могло бы означать и мою гибель, а тогда она осталась бы богатой вдовой и могла бы вести свои пошлые дела ещё публичнее, чем сейчас.