Он даже не повернулся к ней.
— Это неважно. Всё уже в прошлом.
— Тогда зачем ты меня искал, если прошлое неважно?
Челюсть у него напряглась.
— Ты помнишь, как попала в плен?
Она кивнула.
— Я взорвала лабораторию у Западного порта.
Он коротко кивнул, всё ещё глядя в окно.
— Помнишь, зачем?
Она нахмурилась. Ответ казался очевидным, но она не могла вспомнить его до конца.
— Не дави, если не получается, — резко сказал он, заметив, что она молчит.
— Это было из-за тебя, да? — спросила она; каким-то образом она знала, что это должно быть из-за него, хотя помнила только огонь, звон в ушах и бегство.
Он опять отвернулся, но кивнул.
Хелена не понимала, почему это может быть поводом для злости. Она закрыла глаза. Теперь, когда он был здесь, на неё навалилась такая усталость, будто всё это время она просто ждала его, чтобы наконец позволить себе рухнуть.
— Пока я спала, я всё время обещала себе, что буду о тебе заботиться, — сказала она.
— Нет. — Он бросил это резко. — Это я говорил. Я говорил, что буду о тебе заботиться.
Она открыла глаза.
— А я говорила это в ответ. Наверное, ты просто не знал.
Его лицо на миг исказилось болью, и он резко отвернулся, окончательно задвинув шторы так, что теперь она уже почти не видела его лица.
— Какой план? — спросила она в темноту. — Ты сказал, что уже почти всё кончилось. Что это значит?
В темноте его глаза будто светились.
— Мы ждём летнего Затишья. И увозим тебя как можно дальше. На юге ты сможешь затеряться.
— Лила там? На юге?
— Да, она всё ещё на материке, у побережья. Она осталась на промежуточной точке, пока мы пытались тебя найти.
— Мы? — В груди вспыхнула надежда. Значит, кто-то выжил.
— Шисео.
При одном этом имени Хелена отшатнулась.
Теперь Каин стоял ближе — она это поняла по голосу, — но в комнате было так темно, что его было не различить.
— Он сам сдался, представив документы и печать как член императорской семьи, и предложил свои исследования. Кандалы придумал именно он — в надежде, что если ты когда-нибудь объявишься, то позовут именно его, чтобы их на тебя надеть.
— Что ж, ему это прекрасно удалось, — хрипло сказала Хелена. — Это всё его вина. Если бы он не рассказал им про перенос...
— Морроу вскрыл бы тебе череп в первый же день, как только тебя нашли, если бы Шисео не вмешался, — сказал Каин. — Он не мог знать, что именно Морроу сделает с этим методом.
Она замолчала.
— Но какой план для Паладии?
Каин долго ничего не отвечал.
— Морроу слабеет. Он пытался использовать Холдфаста как запасные части, но этого не хватило — даже после того, как он изуродовал себя, добавляя кости. Бессмертных осталось так мало, что без своего чудовища он уже не может ни двигаться, ни толком дышать. Потому-то ему так отчаянно и нужен анимант — он думает, это позволит ему начать всё заново.