Она прислонилась головой к стене.
Даже если операцию проведут успешно, шансы выжить у неё будут ничтожными. Риск осложнений и заражения станет огромным, а сама она превратится в бездонную дыру для и без того истощённых запасов. Госпиталь спасёт куда больше людей, если просто спишет её со счетов. Любой хоть сколько-нибудь вменяемый медик это поймёт сразу.
Вернутся грузовики или нет, она всё равно умрёт. Она посмотрела на собственную руку и пожалела, что у неё нет резонанса, чтобы отправить Каину хоть какой-нибудь импульс. Хоть как-то сказать ему, что она сожалеет. Что пыталась.
По краям зрения уже начинала расползаться тьма, медленно сужая мир, словно кто-то стягивал ткань.
Когда она моргнула, прямо перед ней уже стоял кто-то. Сквозь туман боли разум не сразу понял, что это некротралл. Он замер и рассматривал её, будто не мог решить, жива она или мертва.
Лёгкие снова дёрнуло: тело пыталось заставить её закашляться, вытолкнуть жидкость из груди. Из неё вырвался хриплый, скребущий всхлип, пока она сдерживала этот позыв.
Краем глаза она заметила движение. Некротраллов было больше. Шум боя стих окончательно. Элторн с людьми либо погибли, либо отступили. Некротраллы шли к госпиталю. За мёртвыми и за живыми.
Она не могла позволить им забрать выживших.
Она попятилась, пытаясь найти скальпель, что-нибудь острое, быстрое и безболезненное. Она не отдаст этих людей в Западный порт. Но под руки попадались только грязные бинты да пустые бутылочки от лекарств. Нужен был один скальпель.
Что-то под одеждой ударилось о ногу. Только через секунду она вспомнила, что там лежит. Обсидиан. Когда взорвалась бомба, он был у неё в руке; она сунула его в карман почти не думая.
Она нащупала его и распорола себе палец. Значит, кусок разбился при взрыве, но хотя бы оставался острым.
Она была слишком медлительна. Некротраллы уже вошли внутрь. У двери лежали тела, часть некротраллов остановилась там и стала утаскивать их, а остальные двинулись дальше вглубь.
Шли они не быстро, но всё равно были быстрее Хелены. Они добрались до выживших раньше, чем она.
— Нет! — прохрипела она; громкость собственного голоса расколола ей грудь.
Один из некротраллов повернул к ней. Она попыталась отбиться. В руках был только обсидиан. Она полоснула им по некротраллу. Разлагающаяся, размякшая кожа разошлась почти без усилия, а потом остриё уткнулось в кость.
Она ударила совсем слабо, но даже этого нажатия хватило, чтобы боль подкосила ноги.
Когда сознание прояснилось, на полу лежала уже не только она — некротралл тоже.
По пальцам стекала кровь: она сжимала обсидиан слишком крепко, и чёрное стекло впивалось острыми краями в кожу. А некротраллов всё ещё было слишком много.