— Я ведь не фанатка сладкого, — напомнила ему Амелия.
— Знаю, это для меня, — Блэк закинул в рот сразу две конфеты, — у меня свои методы борьбы со стрессом.
— В школе мне казалось, что у тебя не бывает стресса, — усмехнулась Амелия, делая маленький глоток кофе, — но у других ты его точно вызывал.
— Когда я лежал в клинике после года в бегах, — покачал головой Сириус, — то чуть было еще раз не спятил из-за этих стен и постоянных визитов целителя разума. Сладости помогали.
— А потом твой крестник гонял тебя, заставляя избавляться от всех этих конфет, которые ты сохранил про запас, отрастив неплохой животик, — Амелия хихикнула, вытягивая ногу и пытаясь дотянуться ей до плоского живота Сириуса.
— Да уж, Гарри тогда даже немного перестарался, — хмыкнул в ответ Блэк, почесывая затылок. — Что-то все совсем плохо, Мел.
— Ежедневный Пророк довольно быстро оказался под каблуком кабинета Фаджа, — пожала плечами Амелия, — едва ли можно было ожидать иного.
— Нет, я не только про это, я имею в виду… вообще, понимаешь? Все пошло куда-то не туда, но мы будто проморгали поворотный момент.
— Честно говоря, с каждым днем у меня все меньше уверенности по поводу того, что этот момент вообще был, Сири, — вздохнула Амелия. — Такое ощущение, будто кто-то кинул снежок с вершины горы много-много лет назад, но только сейчас мы заметили, что снежок превратился в огромный снежный шар, который грозит разрушить нашу небольшую деревеньку.
— Честно говоря, в детстве мне казалось, что все плохо только у меня, — кривая усмешка появилась на лице Сириуса. — С матерью никто не мог совладать, Регулус был слишком мал, отец был слишком слаб, а вся наша родня целиком и полностью была на стороне Вальбурги. Андромеда стала лучиком надежды, скрывать не буду.
— Я помню все эти разговоры в школе, — Амелия слегка склонила голову набок, — какой-то мальчишка по имени Сириус попал ко львам, нарушив традицию рода Блэков, исправно соблюдавшуюся… сколько там было?
— Сто двадцать четыре года, если не считать тот, в который я и поступил, — довольно фыркнул Сириус, — к третьему сентября я уже научился заклинанию Редукто, это был своеобразный рекорд, Ремус смотрел на меня как на бога… примерно дня два, прежде чем я взорвал доспехи на третьем этаже и шлем отлетел в Питера, сломав ему нос.
— Ха-ха-ха-ха, — рассмеялась Амелия, — я что-то такое помню, но только немного не так.
— В смысле?
— Ты что-то взорвал в Большом зале и потом целую неделю драил полы на седьмом этаже, — задумавшись, попыталась вспомнить Амелия. — Разве не так было?