Тяжело вычленять из памяти что-то по ключевым образам, когда эта самая память изолирована в отдельный раздел и представляет из себя практически уничтоженный разбросанный пазл, поэтому Гарри перешел к предсмертным воспоминаниям, чтобы сосредоточиться на защите разума и понять, что тут вообще произошло, и что в итоге с Сириусом.
Судя по всему, поначалу все шло, как и в его мире, меняясь только под финал истории.
Рон в больничном крыле, Гермиона и местный Гарри используют маховик, вызов патронуса, кабинет Флитвика, Сириус улетает на Клювокрыле. Эта часть приключения мало чем отличалась от той, что он пережил в своем мире. А вот за ней следовало что-то новенькое — паренек даже палочкой взмахнуть не успевает, как словно из ниоткуда появляется дементор и прижимает его костлявой рукой прямо к стене Западной башни, удерживая горло, и сразу приступает к поцелую. Гермиона пытается использовать Инсендио и ошеломляющие заклятия, но дементор не деревяшка, его обычным огнем не сжечь, только адское пламя способно уничтожить подобную нежить.
Вот он, конец пленки. Последний кадр — не слишком приятная физиономия дементора, освещенная голубоватой вспышкой заклинания. Комфортной эту смерть назвать сложно, спору нет. Интересно, что было дальше? Пришел Дамблдор? Или Гермиона дотащила его до владений Помфри? Вопросов пока точно больше, чем ответов.
Вздохнув, Гарри продолжил создавать фальшивый внешний слепок разума, старательно структурируя фрагменты уцелевших ценных воспоминаний. Так, Люпин учит заклинанию патронуса, ага, Локхарт стирает сам себе память, Гринготтс, Хагрид, философский камень…
Закончив, Поттер встряхнулся. Не стоило лезть так глубоко. Да, создание таких слепков нельзя было назвать сложным, наиболее близкой аналогией была склейка фотографий в коллаж, но пора было приступать к созданию фальшивого воспоминания, которое должно было помочь ему выбраться отсюда. И создать правдоподобное фальшивое воспоминание уже было явно нетривиальной задачей.
Залогом правдоподобности фальшивых воспоминаний был высокий процент реальных элементов в них. Поэтому за основу Поттер решил взять вокзал Кингс-Кросс, который увидел после Авады Волдеморта в Запретном лесу.
Нарочно такое не каждый способен придумать.
Перекрошив воспоминание и убрав оттуда Дамблдора, он сосредоточился на образе матери, который видел при использовании воскрешающего камня. Не забыл он и о крестраже Реддла, лежащего в около-коматозном состоянии, в белоснежном пространстве появился бьющийся в исступлении окровавленный полутруп, словно прячущийся под лавкой от всепроникающего ослепительного света.