— И почему же? — Гарри приподнял бровь, но тут же опустил ее обратно, вспомнив Снейпа.
— Делакур — очень важный человек в Министерстве Магии Франции, — объяснил Сириус.
— Мне как-то по барабану на его статус, Бродяга, — фыркнул Гарри. — Вряд ли я в будущем соберусь переезжать во Францию.
— Тучи сгущаются, Гарри, — Блэк вздохнул. — Вчера Альбус зафиксировал работу влияющих на сознание артефактов во время испытания. Если что, то я этого не говорил.
Гриффиндорец навострил уши.
— Вот как… И что за артефакты?
— Мне-то отку-у-у-уда знать, — Сириус зевнул еще раз, — я просто знаю, что они работали совсем небольшое количество времени и не успели повлиять на прохождение испытания.
Секундное молчание, зависшее в разговоре после оглашения этой информации, было прервано новым вопросом.
— И откуда же ты об этом узнал? — юноша прищурился. — Дамблдор тебе лично докладывает?
— Не лично мне, он… — Сириус задумался, пытаясь подобрать наиболее подходящие слова.
По одной лишь интонации Гарри все понял и закатил глаза.
— Ясно, Орден, — кивнул Поттер, — так даже проще. Ладно, и каким боком тогда тут Делакур?
— Если он будет нашим союзником, то в ключевой момент можно будет запросить у Франции помощь. Или попросить об этом лично Делакура.
— Ключевой момент… — пробормотал Гарри. — Интересно, какой именно момент для Дамблдора «ключевой». Тот самый, когда уже будет поздно что-либо делать?
— Не бери в голову, Сохатик, — покачал головой Блэк, — просто не веди себя как… ну, как ты ведешь себя сейчас, в общем. Возьми себя в руки, сходи на чертов ужин и все. Не забывай улыбаться, чмокни Флер в щечку на прощание, похвали еду, сделай комплимент ее матери. Сам не знаешь, что ли?
— Не знаю, Дурсли обычно прятали меня в шкаф на время таких званых ужинов, — фыркнул Гарри, но тут же заметил, как Сириус нахмурился. — Ладно-ладно, Бродяга, я схожу и даже не буду там ныть, честное гриффиндорское.
— С тебя впору брать скользкое слизеринское, — пробурчал себе под нос Сириус и тут же рухнул обратно в мягкую подушку. — Я спа-а-а-ать.
— Спи, Бродяга, — вздохнул Гарри, отключая зеркало и пряча его в татуировку.
Важные планы на вечер грядущей субботы были вмиг испорчены гребаным приглашением и бесполезными планами Дамблдора по сотворению связей с Францией. Знал бы старикан расклад, который был знаком Гарри по прошлому миру — Францию, что сразу же бросилась признавать марионеточное правительство и сохранившее деловые и торговые связи с ним…
Поттер фыркнул, меняя кроссовки на кеды. Даже если бы Дамблдор знал, он все равно продолжил бы эту жалкую политику «дружбы и взаимопомощи», несмотря на ее очевидную неудачу, просматриваемую с самого старта. Гребаный благодетель, неспособный на реальное наращивание мощи.