Потом случилось пророчество.
Альбус искренне хотел, чтобы оно оказалось истинным. Да, именно так. Раз уж оно случилось, то ему лучше было бы сбыться. Рождение младенца, способного одолеть Тома — это хороший знак.
К сожалению, Аберфорт вышвырнул Северуса Снейпа из Кабаньей головы до того, как Альбус успел стереть тому память. Само собой, текст пророчества попал к Волдеморту и Альбусу пришлось предпринять все усилия, чтобы скрыть подходящих детей от Реддла. Однако, не помогло.
Есть у магглов пословица про благие намерения — тут вышло именно так. Позволив себе испугаться, запаниковать, Альбус просто пустил события в правильное русло, исполнив роль пешки в руках судьбы. Незнание о личности Хранителя тайны Поттеров привело к тому, что выбранный ими Петтигрю переметнулся и предал тех, кто считал его другом.
Последовавший вслед за этим визит Тома в Годрикову впадину привел к тому, что пророчество, по сути, активировало само себя, приведя того к пограничному состоянию и лишив тела. К сожалению, положительная чаша весов была с лихвой уравновешена трагическими событиями — смертью Джеймса и Лили Поттеров, заключением невиновного Сириуса в Азкабан и отправкой Гарри к Дурслям.
Альбус, разумеется, косвенно был причастен к незаконному заключению Сириуса. В военное время суды шли немного иначе, а уж когда в зал доставили Блэка, который кричал во всю глотку, что считает себя виновным в смерти Поттеров… Что ж, его участь была предрешена — Барти тогда рвал и метал. Дамблдор мог бы вмешаться, но не был уверен, что следует. Если бы Блэк действительно оказался невиновен, то ему отдали бы Гарри. И что тогда? Как убедиться, что мальчик вырастет тем, кто исполнит пророчество?
Дурсли же… Альбус с самого начала знал, что мальчику там будет нелегко. К сожалению, ради лучшего будущего для всех, порой приходится идти против моральных устоев. Тем более, оставалась проблема, связанная с безопасностью младенца и тем, что сделала для этой самой безопасности его мать. Лили, возможно, сама того не понимая, привязала состояние защиты Гарри к его семье. Самым близким кровным родственником из доступных оказалась Петуния Дурсль, и Гарри был отправлен к ней.
Разумеется, оглядываясь назад во времени, Дамблдор осознавал, что стоило вести себя иначе. Поговорить с женщиной, а не обходиться письмом. Установить лучший контроль над ситуацией.
Тем более, что содержание письма… Что ж, этим он точно не гордился. Просьба держать племянника в строгости, кажется, вышла из-под контроля.
Мальчик должен был вырасти в нелюбви, но не в жестокости. Проблемы закалили бы его, а не сломали. Он должен был стать воином, а не изнеженным принцем. Но что вышло в итоге? Ничего хорошего, это уж точно. Надо было слушать Минерву, когда распалялась о неподходящих условиях. Судя по всему, просьба лишь подстегнула уже существовавшие эмоции, что привело к… серьезным последствиям. И это еще мягко сказано, состояние мальчика превышало все допустимые пределы.