— Варварски оторванные и притянутые сюда «сефироты» и характеристики?
Львиную долю из тех откровений, что только что выдал Индиговый Свет, юноша уловил без труда — как-никак, он и сам загодя выстраивал схожие гипотезы. Зияющим сюрпризом стала лишь эта конкретная деталь.
Живое воплощение домена «Медитации», славящийся своей любовью и мудростью «Синий Свет» Кут Хуми, с благообразной мягкостью просветил его:
— Ваше Высочество, сдается мне, вы прекрасно осведомлены о Законе притяжения Потусторонних характеристик.
Дождавшись согласного кивка, старец с густой, окладистой бородой и крупным сапфиром, венчающим повязку на лбу, продолжил вещать:
— Это незыблемое правило работает отнюдь не только для паранормальных стезей, но и безотказно бьет по «сефиротам» вкупе с мощью самих Внешних божеств. В первую очередь оно затрагивает тех мастодонтов, что вылупились и были сотворены непосредственно самим «Первозданным» — таких, как «Матерь Падения», «Сын Хаоса» и «Матерь Древа Желаний». Затесался ли в эту компанию кто-то еще из пришлых богов, нам, увы, неведомо. Суть в том, что эта троица «Древних», лишившись изрядного куска своих «сефиротов» и сил, куда агрессивнее и маниакальнее прочих рвется осквернить материальную реальность. Они денно и нощно пытаются просочиться в мир духов, дабы заразить нас своей порчей.
Клейн задумчиво, едва уловимо кивнул и задал вопрос, отчаянно ища железобетонного подтверждения:
— Выходит, из тех двадцати двух Потусторонних Путей и девяти «сефиротов», что нынче имеются в наличии, изрядная доля изначально принадлежала Внешним божествам?
— Истинно так, — улучив момент, перехватил слово Сен-Жермен, сжимающий в руке аметист и воплощающий собой домен «Ритуальной магии». — Лишь когда их численность достигла двадцати двух стезей и девяти «сефиротов», мироздание наконец-то нащупало шаткий баланс. Вполне вероятно, что корень этого равновесия таится в глубинных, мистических узах, заложенных самим «Первозданным».
Погрузившись в короткие раздумья, Клейн поинтересовался:
— О каких именно идет речь?
Лицо Сен-Жермена, подернутое тусклой фиолетовой дымкой, источало ауру глубочайшей тайны, когда Он отозвался:
— Взять хотя бы стези «Луны» и «Матери-Земли». Обе они безраздельно принадлежат той самой «Матери Падения». Эта хтоническая сущность возвышается на самом пике пантеона Внешних божеств, и даже лишившись львиной доли Своего «сефирота», сиречь «Материнского Улья», Она ни на йоту не утратила заоблачного статуса. Она — истинная, непререкаемая владычица всех иньских, женских сил в обозримой вселенной.