«Достаточно лишь сфокусировать волю, и эта „Гордыня“ послушно вынырнет прямо подле меня? Или же она испокон веков таилась в самых темных закоулках моего подсознания, незримой тенью следуя по пятам?» — Одри с параноидальной дотошностью сканировала свой ментальный остров, синхронно отдавая мысленный приказ, дабы маска бесследно испарилась.
Леденящая душу, иллюзорная личина тут же стремительно налилась прозрачностью, благополучно растворившись в пучинах Океана коллективного бессознательного.
Увы, раскусить, в какие именно дебри канула эта маска и каким макаром она умудрялась материализоваться с такой пугающей скоростью, девушке было всё еще не по зубам.
Подобная чертовщина лишь до предела взвинтила её бдительность. Юная аристократка твердо вознамерилась при первом же удобном случае вознести мольбы господину «Шуту», испрашивая у Владыки наглухо запечатать эту личностную маску.
Она уже было изготовилась провернуть еще парочку-тройку тестов, отчаянно силясь выпотрошить из «Гордыни» побольше сокровенных оккультных тайн, как вдруг воочию узрела аномалию. Ей даже не пришлось пускать в ход таланты «Манипулятора», дабы заметить, как воды Океана коллективного бессознательного вновь мерно, мягко заколыхались.
Из немыслимой дали выплыла крошечная, мерцающая искра. С каждой секундой она неумолимо приближалась, гротескно разрастаясь вширь и обретая всё более четкие очертания, покуда не вылепила из себя призрачный почтовый конверт.
Послание застыло прямо у кромки её ментального острова, словно слепой курьер, лихорадочно нащупывающий брешь для успешной «доставки».
Само собой разумеется, впускать подобную инородную дичь прямиком в свои духовные чертоги Одри ни за какие коврижки не собиралась. Девушка молниеносно вскинула левую руку, отчаянно силясь перехватить иллюзорную депешу на подлете.
Но в тот самый миг, когда подушечки пальцев уже почти мазнули по бумаге, она как вкопанная замерла на месте.
Солидный багаж выживания вкупе с бритвенным интеллектом синхронно забили в набат, прошивая рассудок леденящим предостережением:
В мире мистики совать руки к неизведанной чертовщине — верный путь в могилу, а уж в домене Разума подобная беспечность и вовсе сродни суициду. Одно неверное касание — и тлетворная скверна неминуемо отравит рассудок, наглухо исковеркав психику!
Осадив порыв, Одри виртуозно вылепила «Виртуальную личность», передав ей бразды правления. Вслед за этим она сноровисто натянула на руку «Длань Ужаса» — ту самую изящную, сотканную из черного газа длинную перчатку.
Лишь подстелив столь железобетонную соломку, девушка уверенно сгребла призрачное послание. Конверт, оказавшись в её ладони, послушно сбросил иллюзорную оболочку, обнажая и дюйм за дюймом распуская листы.