Будучи прожженным агентом МИ-9, которому в свое время доводилось частенько вращаться в высшем свете, Венделл отнюдь не питал заоблачных иллюзий насчет здешней стряпни. Однако суровая реальность преподнесла ему весьма приятный сюрприз:
Отбивная оказалась потрясающе нежной и сочной, источая умопомрачительный аромат. Яблочный соус, отдающий легкой, пикантной кислинкой, виртуозно сгладил излишнюю жирность мяса. Да и сам ледяной шипучий чай даровал пьянящее, освежающее чувство, оказавшись на редкость вкусным…
Расплачиваясь по счету, Венделл с одобрительным кивком обратился к официанту среднего роста:
— Передайте мою глубочайшую признательность шеф-повару. Этот ужин был поистине безупречен.
Ничем не примечательный на лицо служка расплылся в довольной улыбке и отозвался:
— С превеликим удовольствием.
— Во всей Утопии не сыскать стряпчего, способного заткнуть за пояс нашего маэстро из «Ириса».
Венделл благоразумно не стал разводить долгие светские беседы. Пулей вернувшись в свои покои, он сноровисто раскидал парочку хитроумных капканов, дабы наглухо купировать любые попытки незваных гостей просочиться внутрь.
Вслед за этим юноша рухнул в постель и мгновенно, без малейших раздумий провалился в сон.
Это был железобетонный, прагматичный расчет: отдать на откуп отдыху самые безопасные часы, когда потенциальный враг почти стопроцентно не рискнет лезть на рожон, и тем самым выкроить себе бодрую, кристально ясную голову для бдения глубокой ночью.
Одному богу известно, сколько минуло времени, прежде чем Венделл резко распахнул глаза, выдернутый из грез оглушительной, яростной перебранкой.
Звонко отщелкнув крышку карманного хронометра, сыщик бегло сверился с циферблатом и констатировал: до полуночи еще оставалось время.
Гвалт доносился прямо из соседних покоев… Женские вопли… Грубый мужской бас… Венделл пружинисто сел на матрасе, обратившись во всепоглощающий слух и отчаянно силясь дотошно препарировать звуки.
Поначалу он грешным делом подумал, будто эта парочка просто предается весьма экспрессивным любовным утехам. Вот только вскоре градус накала пробил все мыслимые потолки: раздался характерный, звонкий треск бьющейся о стены утвари.
«Обычная ссора переросла в мордобой?» — только-только проворчал про себя разведчик, как сквозь стену прорвались отчаянные женские вопли, пропитанные ядом проклятий и переходящие в истошный визг.
«Избиение дамы?» Будучи истинным лоэнским джентльменом и истовым прихожанином Повелителя Бурь, Венделл, спору нет, в глубине души разделял легкое, въевшееся в подкорку пренебрежение к слабому полу. Однако этот снобизм ни на йоту не отменял его железобетонного кредо: поднимать руку на женщину — удел конченых ублюдков.