— Ко мне в руки попала весьма занятная сводка: едва пламя божественной сечи угасло, Фейнапот тут же переметнулся на другую сторону.
— А это железобетонно означает… — «Справедливость» Одри смутно, словно сквозь мутное стекло, нащупала какую-то леденящую догадку.
Именно в этот миг «Солнце» Деррик, скопировав изящный жест сидящей напротив аристократки, слегка приподнял руку:
— Сдается мне, я знаю подлинную причину.
— Ты? — «Луна» Эмлин издал откровенно скептичный, полный сомнений возглас. Как-никак, этот паренек всю жизнь безвылазно мариновался в «Земле, покинутой богами», черпая крохи знаний о внешнем мире исключительно из чужих уст на этих самых сходках. С какой стати ему ведомы детали битвы богов лучше, нежели остальным присутствующим мастодонтам?
«Повешенный» Элджер, прекрасно знающий кристальную честность малыша «Солнца», титаническим усилием воли усмирил жгучее любопытство и бьющий через край восторг. Глухим, ровным баритоном он уточнил:
— И в чем же она кроется?
Деррик обвел собравшихся тяжелым взором и со свинцовой серьезностью изрек:
— Вам надлежит принести клятву пред ликом господина «Шута», что те леденящие откровения, которые я сейчас выложу, останутся здесь и никуда не утекут.
— По рукам, — первой согласилась «Отшельник» Катлея.
Дождавшись, пока все до единого резиденты ложи под всевидящим оком Владыки скрепят обет молчания, «Солнце» Деррик утвердительно кивнул:
— Та самая «Матерь-Земля» — это отнюдь не Королева Гигантов Омибелла. Подлинная Омибелла давным-давно сгинула, а Её истлевшие останки покоятся прямо в недрах Города Серебра.
Эта весть разорвалась в умах остальных членов Клуба Таро подобно сокрушительной бомбе. Она подняла в их душах такой ревущий, первобытный шторм, что грозил в два счета смести остатки здравого рассудка.
В одночасье и «Повешенный» Элджер, и «Справедливость» Одри, и прочие участники напрочь лишились дара речи. Словно пораженные ударом молнии, они наглухо окоченели в своих креслах, уподобившись застывшим каменным изваяниям.
Лишь спустя томительно долгую паузу «Звезда» Леонард, наотрез отказываясь верить собственным ушам, выдавил:
— Ты в этом железобетонно уверен?
Не успело эхо этого вопроса растаять в воздухе, как поэт тут же мысленно обругал себя за тупость. Раз уж останки Королевы Гигантов Омибеллы пылятся в закромах Города Серебра, то и достоверность этих слов взлетала до абсолютного максимума.
Ведомые чистыми инстинктами, «Справедливость» Одри, «Фокусник» Форс и «Суд» Сио синхронно устремили взоры в самое начало изъеденного патиной длинного стола. Девушки с трепетом констатировали: Владыка, чьи глаза лучились едва уловимой усмешкой, вальяжно застыл в прежней позе, ни единым мускулом не дрогнув.